Князь уже кого-то распекал во дворе. Его голос был слышен в комнате княжны.
«Жестоко поплатишься ты мне за это, негодный старикашка, с тебя первого начну я уничтожение захудалого рода аристократов-тунеядцев!» — со страшною, непримиримою ненавистью думала она.
Наконец, давно желанное второе свидание с Гиршфельдом состоялось.
Во время ее обычной прогулки, между вечерним чаем и ужином, по задним аллеям «старого парка», на дорожке, ведущей к «проклятому дубу», показался Николай Леопольдович.
Маргарита Дмитриевна бросилась ему навстречу.
— Наконец-то! — прошептала она. — Я уже думала, что ты никогда не выберешь время.
— Напрасно думала, о чем думать не следует… — улыбнулся он. — В нашем положении осторожность — первое условие успеха.
Они опустились на «скамейку старого князя».
Была чудная тихая ночь. Луна с безоблачнного, усыпанного мириадами звезд неба лила на землю кроткий волшебный свет, таинственно отражавшийся в оконечностях медных крестов на решетке, окружающей старый дуб. Вокруг «проклятого места» царило ужасное безмолвие. Поднявшийся с протекающей невдалеке реки туман окутывал берег и часть старого парка, примыкающего к нему, создавая между стволами и листвой вековых деревьев какие-то фантастические образы.
Нашим собеседникам, впрочем, было, видимо, не до созерцания окружающей их природы.