Кто-то страшно крикнул.
Это княгиня Зинаида Павловна упала в обморок.
Все бросились к ней.
Гиршфельд, воспользовавшись переполохом, незаметно ни для кого, взял со стола заинтересовавшее его письмо и сунул в свой карман.
Явившаяся прислуга унесла княгиню наверх.
Кошелев тоже дотронулся своей изящной, выхоленной рукой до руки князя, но тотчас отдернул ее.
У отоманки стоял круглый столик, на нем свеча и пустая рюмка.
Голь взял рюмку, понюхал ее, покачал головою и вновь поставил на место.
— Что вы думаете? — обратился к нему Кошелев.
— Пока думаю, не переложил ли он опиуму, который принимал по моему предписанию от бессонницы.