— Она потеряла на этих же акциях все свои двести тысяч.
Губы Зинаиды Павловны сложились в нечто, похожее на улыбку.
— А деньги сына? — с дрожью в голосе продолжала она.
— Целы, слава Богу, все до копейки. Есть даже лишних, тысяч сто, или около этого.
— Сколько же теперь осталось у меня денег?
— Немного более полутораста тысяч, ведь ты знаешь, что ты брала из капитала.
— Но ведь это нищета, мне нечем будет жить, придется уехать в деревню! — с отчаянием сказала она.
Он вздрогнул.
— Нет, не придется, не придется даже ни в чем стеснять себя.
Она вопросительно посмотрела на него.