— Пусть так, — согласилась она, — но что же ты теперь намерен делать?
Она поглядела на него вопросительно. Голос ее дрожал.
— Что делать? Подписанного сознания не воротишь! — деланно-грустно произнес он и опустил голову.
— Прости, прости меня, что я тебя погубила! — кинулась вдруг она к нему на шею и зарыдала.
Он вскочил весь бледный и грубо оттолкнул ее.
— Как меня? — прохрипел он.
Она стояла перед ним ошеломленная его толчком. Из ее глаз градом лились слезы. Наконец ноги у ней подкосились, она села на кровать.
— Конечно тебя! Ведь ты же сам сказал, что сознанья не воротишь, я должна сказать всю правду, все, все. Я так и думала здесь эти два дня, что только очистившись искренним раскаянием, мы можем с тобой примириться с Богом.
— Ты сумасшедшая! — прошипел он.
— Ничуть. Разве ты захочешь расстаться со мной? Значит — ты не любишь меня?