Он даже залюбовался.
— Надумался, и весь в вашей власти! — ответил он.
— Ну, всего-то мне, пожалуй, теперь и не надо: было время, да прошло! — снова улыбнувшись, сказала она.
Сознавая по вчерашней сцене свою власть, она играла с ним как кошка с замученною мышью.
— Приказывайте!.. — покорно прошептал Николай Леопольдович.
— Так как же? Желаете ли вы, чтобы подлинник исповеди княжны остался в моих руках, или же вы предоставляете мне право представить его куда следует?
— Я хотела бы, напротив, чтобы он был при мне уничтожен совершенно.
— Ну, на это я не соглашусь…
— А как же иначе? — с беспокойной дрожью в голосе спросил он.
— Очень просто: вы мне заплатите пятьдесят тысяч; мой муж через ваше посредство сделается частным поверенным, — он законы знает и экзамен выдержит, а меня вы найдете способ лично или через кого-либо рекомендовать госпоже Львенко, с тем, чтобы она приняла меня на сцену своего театра, хотя бы на небольшие роли. Я участвовала на нескольких любительских спектаклях, и полюбила это дело.