Она остановилась.

«И эта на сцену!.. Ну, времена!» — мелькнуло в его уме. Он хотел возразить, но она перебила его.

— При исполнении этих условий, говорю вам серьезно и окончательно, вы можете спать спокойно и считать эту рукопись как бы несуществующей. Согласны? Или я ухожу!

Она сказала это бесповоротно-решительным тоном и встала.

— Хорошо, хорошо, согласен! Куда же вы? — встрепенулся Гиршфельд.

— Если согласны, то я останусь…

Она снова уселась.

— Но, скажите, зачем вам сохранять эту бумагу у себя? На что она вам нужна? — вкрадчиво начал он.

— А хотя бы для того, чтобы вы были весь в моей власти! — загадочно ответила она.

— Я вас не понимаю!