Он положительно недоумевал.
«Месть, неужели месть? — хлопнул он себя по лбу. — Но за что же, ведь я, кажется, искупил и мою вину, и вину моих родных! Я потерял карьеру, был изгнан из родительского дома, совершил преступления, даже убийство!»
Образ Князева мелькнул перед ним. Под тяжестью воспоминаний он низко склонил голову.
«Надо разузнать, разъяснить! Что произошло у них с княгиней? Может быть это недоразумение! Надо ехать к ней!» — поднял князь голову.
Он взглянул на часы. Был шестой час в начале. От трех до семи она не принимала никого, он это знал. Надо было ждать. Он стал ждать.
XVIII
В спальне
Ровно в семь часов вечера князь Гарин позвонился у парадной двери квартиры Пальм-Швейцарской.
У подъезда он заметил поданную коляску Александры Яковлевны.
«Куда-то едет!» — подумал он, но все-таки приказал своему кучеру ехать домой.