Въ день родовъ жены, онъ не пошелъ на работу. Безпокойный, взволнованный, онъ ходилъ взадъ и впередъ между постелью жены и импровизированной люлькой ребенка.
-- Посиди тихо, просила слабымъ голосомъ Катерина.
-- Хорошо, отвѣчалъ Антуанъ, но черезъ минуту снова начиналъ свои прогулки.
XIV.
Съ этихъ поръ въ бѣдной комнатѣ воцарилась новая благодатьМаленькій Пьеръ былъ безконечнымъ предметомъ удивленія и восторга родителей, а съ тѣмъ вмѣстѣ, служилъ поводомъ къ умственному ихъ развитію. Сколько мыслей можетъ возбудить ребенокъ! Для невѣжественныхъ существъ, какъ Антуанъ и Катерина, маленькій Пьеръ былъ самымъ краснорѣчивымъ учителемъ. Всякое его движеніе, жестъ, крикъ, лепетъ имѣли для нихъ воспитательное значеніе.
Катерина на каждомъ шагу приходила въ восторженное умиленіе. Она чувствовала какое-то гордое презрѣніе ко всему, что не касалось ея маленькаго Пьера. Онъ былъ ея гордостью, богатствомъ, жизнью, всѣмъ. Кормленіе грудью доставляло молодой женщинѣ цѣлый міръ неописанмыхъ впечатлѣній, полуфазическихъ и полу-нравственныхъ, которымъ она сладостно предавалась. Чтобъ не испортить своего молока, она умѣряла обычныя грубыя движенія и громкій, рѣзкій голосъ. Она вдругъ, безъ всякихъ усилій, сдѣлалась безконечно терпѣливой. Въ глубинѣ своего сердца, она чувствовала, что стала лучше, и это ее очень радовало.
У Антуана родительское чувство выражалось трогательными нѣжностями и неловкими выходками. Ему хотѣлось придать своимъ рукамъ особую округленность и мягкость, чтобъ безбоязненно прикасаться къ ребенку. Онъ боялся, что Катерина слишкомъ грубо съ нимъ обращалась. Но послѣдняя, съ материнской самоувѣренностью, смѣялась надъ его опасеніями, говоря: "Не бойся". Ночью, каждый вздохъ малютки будилъ Антуана, и онъ долго прислушивался къ едва слышному его дыханію.
Спустя три дня послѣ рожденія Пьера, Катерина вышла на работу. Конечно, ей было очень грустно, и она завидовала животнымъ, которыя никогда не разстаются съ своими дѣтёнышами. Но дѣлать нечего, это было необходимо.
Обѣ бабушки ухаживали за ребенкомъ. Люльку ставили подлѣ кресла старухи Пенсаръ, которая не могла встать съ мѣста, и она своими еще здоровыми руками вынимала ребенка и брала его себѣ на колѣни, если онъ плакалъ. А мать Антуана два раза въ день носила маленькаго Пьера къ Катеринѣ, которая кормила его грудью, сидя на бревнѣ, подлѣ выхода изъ шахты. Легко себѣ представить, какіе поцѣлуи и ласки ожидали его каждый разъ.
Это путешествіе совершалось ежедневно и во всякую погоду. Пока длилось лѣто, оно было скорѣе полезно, чѣмъ вредно ребенку. Свѣжій воздухъ румянилъ его щеки и ускорялъ кровообращеніе въ его юныхъ жилахъ; но осенью, въ сильный вѣтеръ, какъ тепло его ни закутывали въ самые толстые платки, имѣвшіеся въ домѣ, Катерина со слезами ощупывала его холодныя ножки. Весь день послѣ этого она безпокоилась и только немного утихала вечеромъ, когда, вернувшись домой, отогрѣвала бѣднаго малютку на своей груди.