Проводы новобрачныхъ были весьма трогательны. Мортонъ обѣщалъ Сниффу пріѣхать съ женой чрезъ полгода и погостить.
-- А мы съ Сюзи обѣщаемъ пріѣхать къ вамъ въ качествѣ крестныхъ.... на крестины!
Мортонъ ложалъ руку Сниффа, а мистрисъ Мортонъ вспыхнула какъ маковъ цвѣтъ.
Стояла чудная, теплая, лунная ночь, такая же какъ та когда Мортонъ въ первый разъ увидалъ Корнелію Форсайтъ на "могилѣ Индійца" у живописныхъ береговъ Гудзона. Новобрачные, сидя въ одномъ экипажѣ, быстро катили по ровному шоссе, оставляя за собой таверну Сниффа, въ стѣнахъ которой пережили столько новыхъ ощущеній. Подъѣзжая къ станціонной платформѣ, новобрачные увидали какъ Фиппсъ, стоя на плоской крышкѣ дорожнаго сундука, отчаянно откалывалъ джигъ; увидавъ ихъ въ свою очередь, мальчуганъ закричалъ:
-- Ура! новобрачные пріѣхали, дорогу новобрачнымъ!
Эта выходка Фиппса очень развеселила мистрисъ Мортонъ.
До прибытія поѣзда оставалось нѣсколько минутъ. Скоро вдали послышались громкіе свистки, а затѣмъ показался ярко свѣтящійся овалъ электрическаго фонаря на локомотивѣ, и длинная цѣль вагоновъ съ грохотомъ вкатила подъ кровлю дебаркадера въ облакахъ бѣлаго пара; раздался звонокъ и громкій голосъ станціоннаго стороака:
-- Садиться въ Нью-Йоркъ!
Ожидавшіе поѣзда пассажиры хлынули со всѣхъ сторонъ платформы, мѣшкать некогда было, такъ какъ поѣздъ останавливался всего на минуту.
Мистрисъ Сниффъ бросилась обнимать новобрачную, Нукси громко захныкала, Фиппсъ насвистывалъ какой-то маршъ, а Мортонъ никакъ не могъ оторваться отъ Сниффа.