Сидели мы по трое в ряд, причем помощник поместился как-то в висячем положении. Сзади на главном месте сидели Л. и С. Последний стал актером недавно-это был отставной гусар, щеголь, когда-то богатый человек. Несмотря на его поношенный костюм, старый шик еще не покинул его. На руках были шведские сиреневые перчатки, а в глазу монокль. Третий сидел Р. Его бледное лицо, шляпа a la brigand, из-под которой светлыми прядями спускались жидкие прямые волосы, выгоревшее и поношенное пальто и сапоги в заплатах как нельзя более подходили к окружающей обстановке.
— Что будет в Симбирске? — заговорил он.
— Я думаю, что будут дела! Все-таки состав для такого города весьма недурен. Ты как думаешь?
— Я думаю, что выпить надо, — в ответ сказал С-ов.
— Что дело, то дело-с! — заегозил помощник и вынул бутылку.
— Погодите, господа, за заставой выпьем, — уговаривал Л.
— Да вот и застава!
Наш рыдван выкатился за два заставных столба и мягко заколыхался по пыльной дороге.
Влево в тени берез, которыми усажена была дорога, нас уже дожидались актрисы.
Мы сели на траву. Помощник режиссера откупорил обе бутылки.