— Ну, скажи прямо: атаманишь где?
— Забирай выше. Это мелко. Какие теперь атаманы? Где станицу наберешь?.. Да атаманов больше, после Репки, не будет.
— Ре-епки?
И обе брови заходили, и глаза засверкали.
— Ну да! Я уж после узнал, что Иваныч-то, твой друг, Репка и был.
— Чудесам подобно!
Он схватился обеими руками за волосы, закрыл глаза и замотал головой.
— Ну да. Когда я с завода ушел, встретил на пристани в Ярославле одного, с которым в холерный год в лямке до Рыбны шел, бурлачка, он и сказал мне по старой дружбе. Костыга сказал!
— И Федотку знаешь! Шабры мы с ним были… Из-под Банновки…
— Костыга… Улан… Петля… Балабурда, — начал я перечислять общих знакомых. После каждого имени он только свое все: