Бодянский с ним согласился.
- Но то, чтС вы прочли, - обратился ко мне Гоголь, - это уже иной шаг. Беру с вас слово - прислать мне из Петербурга список этих поэм.
Я обещал исполнить желание Гоголя.
- Да, - продолжал он, прохаживаясь, - я застал богатые всходы...
- А Шевченко? - спросил Бодянский.
Гоголь на этот вопрос с секунду промолчал и нахохлился. На нас из-за конторки снова посмотрел осторожный аист.
- Как вы его находите? - повторил Бодянский.
- Хорошо, чтС и говорить, - ответил Гоголь, - только не обидьтесь, друг мой... вы - его поклонник, а его личная судьба достойна всякого участия и сожаления... [5 июня 1847 г. Тар. Григ. Шевченко (1814-1861) был арестован (за участие в "Кирилло-Мефодиевском братстве" и за противоправительственные стихи), отдан в солдаты и сослан в Орск, а с осени 1850 г. в Новопетровск.]
- Но зачем вы примешиваете сюда личную судьбу, - с неудовольствием возразил Бодянский, - это постороннее... Скажите о таланте, о его поэзии...
- Дегтю много, - негромко, но прямо проговорил Гоголь, - и даже прибавлю, дегтю больше, чем самой поэзии. Нам-то с вами, как малороссам, это, пожалуй, и приятно, но не у всех носы, как наши. Да и язык...