Ученики заговорили, и ропот их прервал слова девушки.
— Что ты! Что ты! — испугался Яков. — О чем просишь? Учитель велит оставлять нам и домы, и жен, и детей, а ты…
— Молчи, старик! — прервала девушка. — Ты прожил жизнь по закону, остаток дней отдаешь, я же не оставляю — но оставлена; я не жила — и умру, как затоптанная трава, и род наш изотрется в пыль. Учитель не захочет, чтоб мать не видела детей своих!
Зоркий, курчавый ученик с пытливым сомнением поглядел на девушку.
— Еще надо исследовать, так ли все, — сказал он и прибавил, обра-тясь к черному: — Значит, ты оставил ее? И пошел? Как же теперь сделаешь?
Черный, не поднимая глаз, проговорил:
— Я сделаю, что велит Учитель. Он знает мой путь.
Тогда все глаза обратились к Учителю. Ждали, что он скажет. Но Учитель молчал.
Девушка молила, протягивая руки:
— Его одного я у Тебя прошу, отпусти его! Должно исполниться закону, данному от отцов на вечные времена!