Пришлось Собаке в Берлине круто.
Бредет, качаясь, на худых ногах --
Куда? Не найдет ли она приюта
У нас, на сенских берегах?
Что ж? Здесь каждый -- бродяга, собака,
И поглупел -- скажу не в укор.
Конечно, позорна Собака, однако...
Это еще невинный позор.
Можно сказать, давность! Время-то эмиграционное не только не стоит, -- годы удвояются, утрояются, если судить по тому, как все вокруг -- и мы сами -- изменились...
Но кое-что твердо осталось на местах. Мелочи, но когда поймешь бег времени, твердые эти мелочи даже потрясают.