Не правда ли, по-плоскому рассуждая, -- самый обыкновенный "антисемитизм". Уж не в Новом ли Времени это было напечатано? Нет, нет; и такие рассуждения я устраняю. Да и в то время никому в голову не пришло бы, что Розанов "сделался" антисемитом. Он и не сделался. Книгу свою "Темный лик", чисто христоборческую, пламенно отстаивал, защищаясь -- Библией, еврейством, на сторону которого становился, как бы сливаясь с ним.
Для Розанова, в этой книге, Христос -- не Мессия; какой уж Мессия, когда он доказывает, что это разрушитель, "спавший с неба как молния"... Но сливается ли отношение Розанова ко Христу, этому лжемессии, совпадает ли с отношением еврейским? Тут опять корни; корни Розанова, не христианина, находятся в истории христианской. И вот "ощущение" его (он весь в ощущениях, всякая его мысль проходит сквозь ощущение, и это особенно ценно).
"...Как зачавкали губами и идеалист Борух, и такая милая Ревекка Ю-на, друг нашего дома, когда прочли "Темн. лик". Тут я сказал себе: Назад! Страшись! (мое отношение к евреям). -- Они думали, что я не вижу: но я хоть и сплю вечно, а подглядел. Борух, соскакивая с санок, так оживлено, весело воскликнул, как бы передавая мне тайную мысль и заражая собою:
-- Ну, а все-таки Он -- лжец.
Я даже испугался. А Ревекка проговорила у Шуры в комнате: "Н-н-н-да... Я прочла "Темн. лик"". И такое счастье опять в губах. Точно она скушала что-то сладкое".
Такие физиологические (зрительно-осязательные) вещицы надо увидеть, чтобы понять то, чему мы не хотим верить в истории, в сказаниях. Действительно, есть какая-то ненависть между Ним и еврейством. И когда думаешь об этом -- становится страшно. И понимаешь неноуменальное, а не феноменальное "распни Его". Думают ли об этом евреи? Толпа? По крайней мере никогда не высказываются".
Вечно, по-русски, все преувеличивающий Розанов, -- и тут, может быть, преувеличивал. Но ведь он корни рассматривает, из глубин ниточку тянет. Что-то от правды подсмотрел. Не принял, не "понравилось", отметил, как черту разделяющую. Ведь не Мессия же, ведь Он, и, по Розанову, против Бога-Творца пошел, из древних заветов которого вырос Израиль... выросло еврейство. Не право ли оно в ненависти? Оказывается, нет. Оказывается, опять, по Розанову, эта ненависть разделяет (если она есть). Прибавим, для справедливости: Розанов если не так же, по-иному, то больше, чаще, "страшился" и христиан, у которых в самом христианнейшем благочестии их "подглядывал" ненависть к Богу Израиля, к тому, Кого Иисус-израильтянин называл Отцом.
Евреи "не высказываются", молчат. Неевреи, вот хотя бы устами Розанова, подглядывают и высказываются. Несомненная гениальность Розанова в этих подглядываниях и высказываниях заставляет нас только еще серьезнее к ним отнестись. И ведь не черты, разделяющие одни, он подглядывает, он, так близко, так почти на груди еврейства лежащий. Как не верить? Вот что говорит он еще, незадолго до смерти:
"Евреи -- самый утонченный народ в Европе". "Все европейское, наше, как-то необыкновенно грубо, жестко, сравнительно с еврейским... И везде они несут благородную и святую идею "греха" (я плачу), без которой нет религии... Они. Они. Они. Они утерли сопли пресловутому человечеству и всунули ему в руки молитвенник: на, болван, помолись. И чудная Дева -- из евреек. Что бы мы были, какая дичь в Европе, если бы не евреи". Социализм? Но "ведь социализм выражает мысль о "братстве народов" и "братстве людей", и они в него уперлись...".
Эти слова Розанова так глубоки, несмотря на кажущуюся беглость, на их простоту и грубость, что раскрывать их, расшифровывать, можно до бесконечности. О чем тут речь? О еврействе ли только? Не о христианстве ли, -- в каком-то взгляде от еврейства и в связи с ним, или в предчувствии потенциальной связи?