Вот как я отвечу, а как вы поймете -- не знаю.
Скоро я уеду, Мариэтта. Верно, уеду из России. Но вернусь. Впрочем, раньше я, должно быть, буду в Москве. Мне хотелось бы поговорить с вами в моей комнате, у моего камина, а не в холодном "Национале"; однако думаю, что теперь вы не убежите от меня? Или боитесь "разочароваться"? Не бойтесь. Я хочу быть для вас "я", а вовсе не отвлеченной поэтессой с сомнительно серыми глазами, не столько серыми, сколько зелеными. Я сейчас улыбаюсь и, право, немножко люблю вас, Мариэтта. Что вы глуховатая, это тоже меня как-то приближает к вам.
...Часы стучат невнятные...10
Это я писала, когда была, целый месяц, совершенно глухая. С тех пор я чуть хуже слышу на правое ухо. Это сносно для телефона, но не для шепчущего соседа с правой стороны.
Ну, до свидания, не забывайте меня. И не бойтесь меня. Так должно быть. Да, я еще надеюсь, что вы мне во многом поможете, и я вам.
Ваша З. Гиппиус.
Слева на полях:
А разве вы читали мой "Алый меч", что говорите о плевелах?
На конверте адрес:
Москва, Мал. Дмитровка,