— Да я понимаю, — оробел Геннадий. — Я сам вижу и с Романом Ивановичем несколько говорил. Конечно, лозунги еще не были достаточно определены, более втайне держались. Еще нужна организационная работа…
— У нас есть и северный, рабочий, союз, — продолжал Флорентий. — Надо установить с ним связь.
Дьякон спросил:
— Куда хозяин-то поехал?
— В Лаптеве будет, из города. Наших повидает. От них лаврентьевцы ближе, так чтоб не было недоразумений.
— Директив, значит, тот же? — перебил Геннадий. — Ну ладно. Я в Кучевой сбегаю, Флорентий. Поговорю с ними посерьезнее. Уж коли Роман Иванович решил…
— Пойдем вместе. Дьякон, сиди же и помни. Заносись повыше, говори свободно, только смотри, нынче надо, чтоб обошлось.
— А не обойдется?
— Божья воля. Душу не продадим, конечно. Стоять за свое, а уж там как придется.
Литта поднялась тоже.