Медленно иду по улице, останавливаюсь, оборачиваюсь, и все вижу, высоко, маленький черный комочек за перилами балкона.
Ну как же забыть Духов день? Это было наше последнее свиданье.
9
Месяцы перед кончиной были очень тяжелы. Чтобы кормиться, прежняя бонна распродавала, понемногу, все. С великими усилиями и хлопотами сохраняли квартиру Андреевского, чтобы не трогать его с места. Он всему не то покорялся, не то мало замечал происходившее вокруг. Мне кажется, его рассеянность возросла необыкновенно; все дальше свертывался внутрь, внешне же это делало его одиноко скучающим ребенком. От детской скуки, верно, и стал ходить, с фрейлейн, в кинематограф. Более неподходящих для этого времен и вообразить нельзя: постоянные облавы. В одну из таких облав попал Андреевский. Морозной ночью, на грузовике, повезли куда-то, где, на полу, он провел ночь.
Воспаление легких, с немедленным беспамятством. Страдал он ужасно. Младшая дочь (она неожиданно оказалась в Петербурге и присутствовала при его последних днях) рассказывала мне потом: "Я стояла на коленях у его изголовья и молилась только об одном: чтобы он скорее умер".
Если б сам он, в своей Книге, писал "о смерти С. А. Андреевского" (как шутил иногда), он, верно, кончил бы тем же безответным вопросом: "За что?". Хочется повторить его и мне... Но лучше вспомнить из Книги несколько слов -- не рассуждающих, неожиданных, вырвавшихся как вздох: "Но после долгих терзаний, в конце концов, я чувствую, что, со смертью, мы отходим к Богу, под его крыло. Из-под этого крыла мы вышли на свет -- и под него укроемся... Да будет!".
КОММЕНТАРИИ
Впервые: Звено. Париж, 1926. 9 мая. No 171. С. 3-5; 16 мая. No 172. С. 5-7. Перепечатано под названием "Обиженная душа: о блестящем адвокате, литераторе и поэте" (с эпиграфом из лермонтовского "Ангела": "И долго на свете томилась она...") в газете "Сегодня". 1932. 17 января. No 17. С. 5 и 20 января. No 20. С. 2-3.
Андреевский Сергей Аркадьевич (1847/48--1918) -- поэт, критик, юрист. Гиппиус познакомилась с ним в 1889 г. и позднее вспоминала: "Андреевский сделался даже, потом, моей "подругой", -- единственной, зато настоящей, и постоянно у нас бывал (до его смерти, уже при большевиках)" (Гиппиус-Мережковская 3. Дмитрий Мережковский. Париж, 1951. С. 46).
Винавер Максим Моисеевич (1862--1926, 10 октября) -- соредактор газеты "Звено" (1923--1926). В эмиграции с 1919 г.