-- Вы любите это ночное небо в огнях? Любите этот весенний воздух? Не правда ли?
Я придвинул немного стул.
-- Какое там небо, когда дождь, -- сказала Юля (другой кузины не было дома). -- И что ты пристаешь? Маничка, хотите новой пасхи? Новая готова, я сейчас хотела ее вынести. Давайте попробуем.
Юля встала и вышла. Мы с Марьей Ивановной были наедине.
Конец размышлениям. Конец колебаниям. Только воля, только действие. Жюльен я или не Жюльен?
Рука Марьи Ивановны, пухленькая, с ямочками, не очень белая, лежала на столе. Я наклонился и чмокнул ее.
-- Что это вы? -- изумленно произнесла Марья Ивановна, повернув ко мне лицо.
Я сказал твердо и громко:
-- Дорогая Марья Ивановна. Вы слушаете? Я вас люблю.
Так как она ничего не ответила, то я продолжал: