Беседа II
Доклад З. Н. Гиппиус
"Русская литература в изгнании"
ПРЕДСЕДАТЕЛЬСТВУЮЩИЙ: Слово предоставляется З. Н. Гиппиус.
З. Н. Гиппиус: На прошлом заседании Мережковский сказал, что "Зеленая Лампа" -- лаборатория. Да, между прочим, и лаборатория. Некоторыми исследованиями хорошо бы заняться. Например -- исследованием духовного состояния нашей эмиграции. Вопрос такой широкий, такой многосторонний, что я даже и не приближаюсь к ответам, ни в одной стороне. Я только ставлю вопрос на обсуждение и предлагаю кое-какие методы исследования.
Десять лет -- немалый срок по нашим временам. Процесс жизни продолжается при всяких условиях: люди растут, стареют, что-то приобретают, что-то теряют, словом -- не впадают же они в анабиоз? Значит, мы очень можем заняться рассмотрением, что произошло в эмиграции за десять лет. Не выросло ли в ней чего-нибудь нового? Каков ее сегодняшний облик?
Скажут, пожалуй: изгнание, эмиграция -- это такие неблагоприятные условия, что нечего и ждать, кроме анабиоза. Но ведь и в России условия для процесса жизни не очень-то благоприятны. Мы их знаем. Рабство, нищета, насильническое вытравление моральных ценностей, отрыв от общеевропейской культуры, беззаконие и бесправие, -- если эти условия положить на одну чашу весов, а на другую наши условия: чужая земля, сознание безродности, распыленность, трудность заработка и т. д., -- не думаю, чтобы вторая перевесила. Даже думаю, первая окажется тяжелей. Но чтоб не вызывать лишних споров, поставим между неблагоприятными условиями там и здесь -- знак равенства. Что ж, разве мы считаем, что Россия в анабиозе? Разве мы не приглядываемся жадно, какие там, в глубинах, происходят изменения, что дал русским людям в России их кандальный опыт?
Опыты наши различны. Но ихний, впоследствии, пригодится нам, а им -- наш. Ничья паника, что вот, мол, мы с ними разделены, на меня не действует: между нами -- нерушимая связь. Одно разделение, впрочем, я вижу и предлагаю его принять: это разделение труда. По тому же предмету нам задан судьбой один урок -- им другой. Вот и все.
Следить за движением жизни в России -- очень трудно. Смотрим, "как сквозь тусклое стекло". Эмиграцию же можно рассматривать не через тусклое стекло, а "лицом к лицу". К ней есть прямой, непосредственный подход: ее слово.
Слишком понятно, почему слово в советской России ничего нам не может дать. Ведь когда мы просто литературу советскую критикуем, мы делаем не умное и, главное, не милосердное дело. Это все равно, как идти в концерт судить о пианисте: он играет, а сзади у него человек с наганом и громко делает указания: "Левым пальцем теперь! А теперь вот в это место ткни!". Хороши бы мы были, если б после этого стали обсуждать, талантлив музыкант или бездарен!