-- Вы меня какъ собачку третируете, Ольга, засмѣялся обиженно Тавровъ:-- еще, пожалуй прикажете стать на колѣни?
Что-то въ родѣ своенравной усмѣшки скользнуло по губамъ у дѣвушки въ предчувствіи близости побѣды.
-- Именно, станьте.
-- Вы знаете, что я ни въ чемъ не могъ бы отказать вамъ теперь, упрекнулъ онъ:-- и пользуетесь.
Ольгѣ было пока и довольно этого. Она слышала послѣднее замѣчаніе и локоть ея -- она стояла подъ руку съ нимъ въ эту минуту -- почти безсознательно прижалъ руку Таврова къ ея груди, какъ-бы желая показать, что она это глубоко цѣнитъ.
-- Но я васъ предупреждаю, оговорилась она: -- въ моемъ дневникѣ именно вамъ сильно достается.
-- Вотъ какъ, принужденно сказалъ Тавровъ:-- что же, тѣмъ интереснѣе: это дастъ мнѣ возможность исправиться, нашелся онъ -- и снисходительно улыбнулся, какъ улыбаются старшіе, когда соглашаются принять совѣты отъ дѣтей. Онъ вообще способенъ былъ считать себя непогрѣшимымъ.-- Теперь я не отстану, пока не прочту. И я разсчитываю, что это именно сегодня случится, сжимая ея руку, говоритъ Тавровъ, когда уже они были на порогѣ гостиной.
-- Хорошо, хорошо, лукаво усмѣхаясь, соглашалась дѣвушка:-- вы получите. Но чуръ, потомъ не сердиться.
Они вошли.
Варвара Михайловна встрѣтила ихъ въ залѣ Дочь очень привѣтливо, а офицеръ холодно и принужденно раскланялись съ управляющимъ.