Все общество широко улыбнулось.
-- Ну, это новость... Для насъ по-крайней мѣрѣ, добавила опонентка.
-- Не ручайтесь по-крайней мѣрѣ, за такія вещи, какова любовь, замѣтили ему всѣ дамы: -- тѣмъ болѣе, что еще не любили... сами же говорите.
-- Ручаюсь даже и за такія.
-- Ну, значитъ, вы не понимаете тогда этого чувства, замѣчаютъ ему:-- это дѣло другое. Вы аскетъ... монстръ.
-- Нѣтъ, признаю... и признаю даже великимъ благомъ.
-- Тогда что же заставляетъ васъ такъ гнать его отъ себя?
Теленьевъ медлилъ отвѣтомъ.
-- А вотъ и не можете сказать, вотъ и побѣждены!
-- Нисколько... Это-съ просто не входитъ въ мой разсчетъ, скромно сказалъ онъ.