Еще секунды три, четыре... И стѣны дрогнули, дверь затрещала и повисла на петляхъ. На порогѣ появился полицейскій съ фонаремъ въ рукѣ.
Все напрасно, Пеннилофъ, напрасно! Это не люди ворвались сюда,-- это самъ законъ! Бороться съ нимъ вѣдь такъ же безуспѣшно, какъ бороться съ неизбѣжной смертью, когда часъ насталъ!
-- Вотъ онъ!-- указалъ на Боба одинъ изъ полицейскихъ.-- Взять его!
-- Да нѣтъ же! Я не пущу его! Онъ совсѣмъ боленъ: ему доктора надо!
-- Боленъ? Вотъ оно что!-- насмѣшливо подхватилъ слова Пенни одинъ изъ полицейскихъ.-- Несите скорѣе носилки: нашъ докторъ живо тамъ его подправитъ!..
Пеннилофъ молча сидѣла на полу, поддерживая на колѣняхъ голову Боба. Но полицейскіе вернулись проворно и взвалили на носилки безчувственное тѣло Боба; рядомъ съ ними у самыхъ носилокъ шла, не отставая, Пенни. На лѣстницѣ трудно было протискаться сквозь толпу любопытныхъ, которые перешептывались, толкались и шумѣли. Но громче всѣхъ кричалъ нараспѣвъ Шалый Джэкъ съ горячностью настоящаго пророка:
-- Всякое дыханіе да хвалитъ Господа... да хвалитъ Господа! Хвалите Господа съ небесъ, хвалите Его въ вышнихъ!..
XXX.-- Отецъ и мужъ.
Среди неожиданно постигшаго ее горя, Дженни хоть въ томъ находила утѣшеніе, что вспоминала привѣтливость и ласку въ обращеніи дѣда передъ смертью. Слава Богу, что онъ сошелъ въ могилу не прежде, чѣмъ она утѣшила его своимъ обѣщаніемъ исполнить его завѣтную мечту. Слава Богу, что не тогда случился съ нимъ ударъ, когда она, поддавшись своимъ малодушнымъ, обманчивымъ мечтамъ, глубоко опечалила его и даже прогнѣвила!.. Тогда она, конечно, не могла бы смотрѣть спокойно въ его мертвое, но, казалось, мирно-улыбавшееся лицо безъ укоровъ совѣсти. Пусть онъ себѣ спокойно почиваетъ: его завѣты не умрутъ въ душѣ любящей, благодарной и раскаявшейся Дженни: она будетъ стремиться соблюдать ихъ весь свой вѣкъ!..
Исполняя желаніе дочери, Джозефъ далъ знать Керквуду о смерти его друга; но другъ отозвался на это только письменно. Долго читала и перечитывала его длинное посланіе бѣдная Дженни, и спрятала, чтобы впредь прибѣгать къ нему, когда ей будетъ очень тяжело. М-ръ Персиваль зашелъ къ ней утромъ въ понедѣльникъ вмѣстѣ съ ея отцомъ; пока они толковали о дѣлахъ, Дженни сидѣла съ м-съ Біасъ. Уходя, нотаріусъ спросилъ, знаетъ ли о ея горѣ ихъ общій другъ -- миссъ Лантъ? Но Дженни еще не успѣла ей дать знать.