Раскаленность так бела,
И, гудя, с колоколами
Слили звон колокола?
Чудо воскрешения творится в тишине и благости, мнимое же "воскресение" девы-природы весною есть только подлог, жалкая пародия на это чудо. Весна всегда смерть, разложение, и новая жизнь, рождаемая из этого гниения, заранее носит в себе семя смерти. Стихийная страсть пола, овладевающая весною всем живущим, тоже только личина страха смерти и от нее заранее веет тлением. Поэт говорит о черной, ожившей земле:
Меж лохмотьев рубашки своей снеговой
Только раз и желала она, --
Только раз напоил ее Март огневой,
Да пьянее вина!
Земля эта вызывает страсть в людях, но страсть жуткую, безотрадную:
Только раз мы холодные руки сплели