Христиане первых и средних веков чуждались и бегали Евреев, как людей, заражённых опасною язвою; изуверство Католиков воздвигло против них в Италии и Испании все козни инквизиции. Магомет положил не меньшую распрю между ними и последователями его раскола. Подобно преступникам, носившим на челе своём печать отвержения, Евреи везде были презираемы и гонимы за их религию**; но эти гонения, связывая их между собою теснейшими узами, способствовали только к утверждению их в заблуждениях Талмуда и толках закона Моисеева.
В России есть три секты Евреев: Караимы, Раббинисты и Хасиды. Первые принимают основанием своей веры один Ветхий Завет; вторые, сверх Ветхого Завета, признают толкования Талмуда, почитая его наравне с Моисеевым Законом; последние допускают ещё и разные толкования на Талмуд.
Всех жителей обоего пола Еврейского закона считается в России более миллиона; кагалов более 1000, а синагог с постоянными и временными молитвенными школами 4.481. Духовный их штат также очень многочислен. Кроме рувв и равв, т.е. городских и прочих раввинов, есть ещё мойреойруе, или толкователи закона, хазаны или певчие и уставщики, балкорей или чтецы, балтокей или трубачи, мойлымы или обрезатели, шамессы -- служители при синагогах и габы -- служители при молитвенных школах; всех же должностных лиц духовного звания до 15.000.
Ветхозаветная Библия Евреев имеет значительные несходства с употребляемою Христианами; потому что первая искажена была так называемыми Тивериадскими мудрецами в первые веки Христианской церкви, и преимущественно в тексте пророчества о Мессии. Они стараются приписать это несходство переводчикам Греческой Библии, и даже установлен был у них день плача, в воспоминание той эпохи, когда семьдесят два толковника перевели Библию на Греческий язык, с подлинника, присланного к Птоломею Лагу от Первосвященника Иерусалимского. Со всем этим и в Еврейской Библии много ещё остается ясных пророчеств о Мессии, и особливо у Исаии Пророка, расторгнувшего завесу таинственности о воплощении Сына Божия. Сказывают, что Евреи боятся раскрывать или по крайней мере раскрывают с большим беспокойством эту книгу судеб, приводящую их в смятение.
Еврейский шабаш или празднование субботы начинается с захождения солнца в пятницу. Любопытно смотреть на беспокойство Еврея, застигнутого перед этим временем в дороге; глаза его беспрестанно обращаются к западу, как бы измеряя в небе каждую линию того пространства, которое остается пробежать солнечному шару.
Там, где нет синагоги, сборным местом молитвы служит большею частию корчма, предпочитаемая прочим частным домам, вероятно, по удобности помещения. Сюда собираются для отправления богослужения одни только мущины. Как скоро наступит час моления, они обвертывают ремнем обнажённую правую руку, привязывают ко лбу чёрные маленькие кивоты и накидывают на плеча белое суконное покрывало. Каждый из молельщиков держит в руках Библию, и начав чтение шопотом, переходит постепенно к громким тонам, похожим на завывание. Сей обряд моления повторяется и в субботу, начиная с утра. Остаток дня посвящают Евреи отдыху или покою, почитая запрещенными для себя Господнею заповедью и самые подвиги благочестия.
Здешние Евреи сохранили в некоторой степени костюм своих предков; обыкновенное платье их нанковое длинное полукафтанье с поясом; пуховая или поярковая с длинными полями шляпа, на ногах нитяные чулки и щиблеты в роде сандалий.
Чёрные волосы с длинными, как бы нарочно завитыми, локонами и небольшие, беспрестанно вертящиеся, глаза суть последние остатки восточной физиономии Евреев; но сложение тела их сухощавое, щёки бледные; на узком челе видны следы претерпенных ими несчастий и черты господствующих их страстей.
Какая противуположность мужеского пола Евреев с их женщинами и девушками, которые почти всегда отличаются и стройностию стана, и правильным очертанием лица. Большие глаза их осенены густыми черными бровями, нос Азиатский, щеки свежие и румяные; белая шея, обвитая крупными ожерельями, пышная грудь, обхваченнля гродетуровою кофтою в роде спензера, и театральный головный убор, похожий на диадиму, напоминая о их происхождении от древнего Сиона, дают новый блеск их красоте и осанке. Некоторые из Евреянок так прелестны, что к ним почти без увеличения можно применить образ выражения алкорана о гурии: "и изберутся седмь десять красных жен и всех красота возложится на едину".
В построении домов Евреи также сохранили отпечаток Азиатского зодчества. Не смотря на суровость климата, они открывают нередко свои комнаты, называемые станцами, на все четыре стороны посредством высоких дверей, как бы для того, чтобы ловить дыхание ветров со всех частей света. В особенности достойны примечания Еврейские корчмы, состоящие из огромных дворов, крытых в роде наших помещичьих рыг, с двумя противоположными воротами. По сторонам ворот с лицевой стороны находятся две станцы, в одной живет сам хозяин со своим семейством, другая назначена для проезжающих. Крытый двор защищает от дождя и снега, но в продолжение ночи бывает в нём так темно, что нельзя иначе пробраться мимо экипажей и лошадей, как с зажжённым фонарём.