-- Вы не все еще выслушали,-- замѣтилъ слуга,-- ибо несчастіе, о которомъ я печалюсь, стряслось только теперь. Бѣдная Маріанна такъ затосковала по злосчастной судьбѣ любимаго живописца и отъ вынужденнаго брака со своимъ дядей, что она нынѣшней ночью скончалась.
Едва оцъ успѣлъ произнести эти слона, какъ изъ глубины сцены показались съ погребальнымъ пѣніемъ монахи, какъ это принято при погребеніи. Затѣмъ появилась цѣлая, погребальная процессія съ открытымъ гробомъ, въ которомъ лежала кукла, удивительно похожая на Маріанну.
Этого момента настоящій Капуцци уже не могъ переварить. Его воображеніе забыло и мѣсто, и время, и въ горести онъ воскликнулъ:
-- О, Маріанна! о, моя милая Маріанна! Что же мнѣ дѣлать! Не нужно было убѣгать такъ далеко!
-- Ради Бога,-- прошепталъ ему сосѣдъ,-- не забывайте, гдѣ вы находитесь. На васъ устремлены взоры всѣхъ зрителей. Обуздайте себя и дождитесь конца.
Между тѣмъ, на сценѣ все болѣе и болѣе темнѣло, и когда, наконецъ, потухли всѣ огни, въ глубинѣ сцены напала показываться фантастическая фигура, окруженная таинственнымъ сіяніемъ. Черты лица все болѣе выяснялись, и Капуцци узналъ своего брата Піетро, умершаго отца Маріанны.
-- Да будешь ты проклятъ, невѣрный братъ,-- сказало привидѣніе гробовымъ голосомъ,-- пусть тебя преслѣдуетъ вѣчное проклятіе за то, что ты счастьемъ моего бѣднаго дитяти пожертвовалъ своему эгоистическому желанію.
Сдавленный пронзительный крикъ возвѣстилъ, что Капуцци упалъ въ обморокъ. Осторожно перенесли его на креслѣ въ парадную залу, и все общество тамъ вновь собралось, а театръ былъ запертъ.
Съ глубокимъ вздохомъ пришелъ въ сознаніе Капуцци. Его губы лепетали: "Оставь меня, братъ мой! Уйди отъ меня, вернись въ мѣсто твоего вѣчнаго упокоенія! О, Маріанна! Изъ-за меня и ты умерла! о, еслибъ я могъ снова увидѣть тебя! Мысль о тебѣ будетъ постоянно меня мучить! "
-- Синьоръ Капуцци,-- сказалъ Торичелли убѣдительнымъ голосомъ,-- вспомните, что вѣдь ваша племянница умерла только на сценѣ, а на самомъ дѣлѣ она жива и находится вблизи васъ; она только и ждетъ вашего позволенія, чтобы облобызать ваши колѣни и вымолить у васъ прощеніе. То, что вы видѣли, было только ужасной картиной, чтобы пробудить вашу совѣсть, пока дѣйствительное бѣдствіе не обрушилось на васъ.