Эти невинныя наслажденія природой и наблюденія надъ нравами жителей должны были кончиться весьма печально. Безпечно предавались молодые люди своимъ развлеченіямъ, не замѣчая, какъ ихъ все крѣпче опутываютъ сѣти; дѣло велось очень тонко и осторожно, такъ что нельзя было и предупредить неожиданнаго удара. Въ то время, какъ въ одинъ прекрасный день вокругъ молодыхъ людей собралась небольшая группа женщинъ и дѣтей съ намѣреніемъ, повидимому, послушать игру на лютнѣ и пѣніе Тебальдо, въ то время, какъ нѣсколько мальчишекъ, повидимому, совершенно случайно отошли поболтать со слугами и охранниками графини, расположившимися на почтительной дистанціи,-- вдругъ нѣсколько здоровыхъ дѣтинъ набросились изъ засады на Корнелію и Тебальдо, накинули имъ на головы толстые платки, такъ что всякій крикъ былъ подавленъ, обхватили ихъ сильными руками и поспѣшно потащили въ ближайшее ущелье. Корнелія тотчасъ же лишилась чувствъ; когда же Тебальдо попытался отчаянно защищаться, разбойники такъ крѣпко обмотали платокъ вокругъ его шеи, что онъ болѣе былъ не въ состояніи сопротивляться и поневолѣ покорился печальной участи.
Между тѣмъ поселяне, сообщники разбойниковъ, замѣтивъ, что охранники несчастныхъ молодыхъ людей ищутъ послѣднихъ, притворились крайне озабоченными, смущенными и какъ будто помогали въ ихъ поискахъ. Но черезъ нѣсколько минутъ одинъ за другимъ благодушные поселяне начали незамѣтно исчезать, а за ними улизнули женщины и дѣти, такъ что вскорѣ вся мѣстность совсѣмъ опустѣла. Нѣсколько человѣкъ слугъ и солдатъ не отваживались пускаться на поиски въ ужасныя горныя ущелья; тѣмъ менѣе рѣшались они розыскивать пропавшихъ по окрестнымъ густонаселеннымъ деревнямъ, ибо всѣ жители ихъ были хорошо вооружены. Напрасно слуги въ полномъ отчаяніи принялись окликать пропавшихъ; съ ужасомъ они помышляли о томъ впечатлѣніи, которое произведетъ эта вѣсть на графа.
Одни изъ слугъ остались производить тщательные поиски въ ближайшихъ окрестностяхъ, а другіе поспѣшили въ городъ, дабы извѣстить о всемъ случившемся графа и получить отъ него распоряженіе, какъ поступать въ такомъ ужасномъ положеніи. Дѣйствовать нужно было какъ можно скорѣй, нужно было придумать -- какимъ образомъ освободить плѣнниковъ въ цѣлости и сохранности изъ рукъ разбойниковъ.
Нельзя найти словъ для описанія отчаянія, охватившаго графа; онъ прекрасно понималъ, что нужно дѣйствовать съ крайней осторожностью, чтобы не принести свою дочь въ жертву жестокой мести дикой банды. Разбойники находили оправданіе своего гнуснаго ремесла въ томъ, что они хорошо обращаются съ своими плѣнниками, пока идутъ переговоры о выкупѣ, и пускаютъ въ ходъ утонченныя жестокости только тогда, когда имъ угрожаютъ вооруженной силой или стараются ихъ перехитрить.
Въ то время какъ въ городѣ дѣлались спѣшныя распоряженія о выкупѣ, обоихъ плѣнниковъ крѣпко-нй-крѣпко туго связанныхъ, такъ что они не могли ни крикнуть, ни пошевелиться, притащили по глухой, трудно-проходимой тропинкѣ, извѣстной только горнымъ жителямъ, къ развалинамъ стараго покинутаго сарацинскаго замка полуразрушенныя стѣны котораго по необходимости служили разбойникамъ жилищемъ. Эти замки встрѣчались въ горахъ такъ же, какъ и на берегу. Во время оно въ нихъ обитали сарацины, эти ужасныя бичи Средиземнаго моря; съ неприступныхъ высотъ они, какъ коршуны, налетали на морѣ -- на корабли, на сушѣ -- на прибрежные города, принося съ собой жителямъ смерть или рабство. Теперь здѣсь владычествовалъ, нѣкоторымъ образомъ какъ хозяинъ и вмѣстѣ съ тѣмъ какъ предводитель, такъ называемый Черный Беппо, Браво (бандитъ), который былъ у нихъ первымъ совѣтникомъ и которому во всѣхъ важныхъ дѣлахъ принадлежалъ рѣшающій голосъ. Беппо не было еще и сорока лѣтъ. Хотя всѣ обитатели Абруццъ имѣли темный цвѣтъ лица и черные какъ смоль волосы, все-таки Беппо назывался "чернымъ", ибо его густыя сросшіяся брови и окладистая борода съ большими усами придавали его наружности видъ особенно бросающійся въ глаза. Это былъ всѣмъ извѣстный и самый отчаянный бандитъ: однажды онъ былъ уже приговоренъ къ висилицѣ; но избавился отъ смерти только побѣгомъ изъ тюрьмы, послѣднее обстоятельство придавало ему особенный авторитетъ въ глазахъ остальныхъ бандитовъ. Въ силу его отношеній къ другимъ Брави, которые сами называли себя бандитами, Беппо безпрестанно со всѣхъ сторонъ тревожили, и такъ какъ, сверхъ того, въ сарацинскомъ вертепѣ ютилось множество женщинъ и дѣтей, то поводы къ различнымъ столкновеніямъ были безпрестанны. Развалины, окруженныя со всѣхъ сторонъ страшными пропастями, были совершенно неприступны; къ нимъ вели только нѣсколько опасныхъ пѣшеходныхъ тропинокъ, замыкавшихся узкимъ цѣпнымъ мостомъ.
Кромѣ самыхъ, завзятыхъ разбойниковъ и ихъ родственниковъ, никто безъ сомнѣнія не заглядывалъ въ теченіе ста лѣтъ добровольно въ этотъ вертепъ, пока не отважился на это живописецъ Сальваторъ Роза, открывшій у бандитовъ нѣчто въ родѣ мастерской. Постепенно онъ сжился со всѣми обычаями разбойниковъ и очень понятно, что сдѣлался необходимымъ при ихъ торжествахъ. За нѣсколько миль въ окружности его знали женщины и дѣти, обращаясь съ нимъ какъ съ старымъ знакомымъ. Да развѣ и могъ онъ повредить имъ чѣмъ-нибудь? Онъ еще не зналъ самыхъ потаенныхъ мѣстъ; шпіонить при посредствѣ солдатъ онъ не могъ и разбойники ни разу не подумали о томъ, что изъ простого нравственнаго чувства можно возмущаться ихъ занятіями. Поэтому они обращались съ безпечнымъ живописцемъ какъ съ пріятелемъ, съ которымъ не можетъ быть никакихъ тайнъ; они не находили также ничего подозрительнаго въ томъ, что онъ былъ свидѣтелемъ плѣненія двухъ молодыхъ людей, взятыхъ только съ тою цѣлью, чтобы сдѣлать хорошій гешефтъ, принудивъ заплатить за ихъ выкупъ возможно-большую сумму.
Сальваторъ былъ занятъ срисовываньемъ группъ разбойниковъ съ ихъ женами. Черный Беппо сидѣлъ неподалеку отъ него и обратилъ его вниманіе, когда показалась группа бандитовъ съ обоими плѣнниками. Живописца эта сцена крайне непріятно поразила. Пришедшіе своими безпорядочными возгласами давали знать, что удалось поймать очень цѣнную добычу. Одинъ изъ бандитовъ, человѣкъ атлетическаго сложенія, несъ на рукахъ какъ ребенка все еще безъ чувствъ лежавшую дѣвушку, въ то время какъ двое другихъ тащили молодого человѣка, который сначала неистово бушевалъ, но потомъ примирился съ своей судьбой. Съ любопытствомъ тѣснились вокругъ ихъ женщины и дѣти; послѣ того какъ съ головъ плѣнниковъ были сняты покрывала, со всѣхъ сторонъ посыпались на счетъ ихъ внѣшности громкія замѣчанія.
Блѣдное, нѣжное личико Корнеліи, ея изящная стройная фигура не понравилась горнымъ дикарямъ, привыкшимъ къ грубымъ формамъ, и хорошо, что бѣдная дѣвушка не слышала всѣхъ толковъ и пересудовъ. Бандиты отвели Тебальдо въ одну изъ потаенныхъ замковыхъ комнатъ, гдѣ, по ихъ мнѣнію, плѣннику предоставлялись всѣ удобства; между тѣмъ женщины обратились къ пришедшей въ чувство Корнеліи, и такъ какъ черный Беппо хотѣлъ сначала выслушать разсказъ товарищей объ ихъ набѣгѣ, то горная площадка, на которой вокругъ Корнеліи толпились женщины, на долгое время опустѣла отъ разбойниковъ. Остался здѣсь только одинъ Сальваторъ Роза.
Сначала онъ не вѣрилъ своимъ глазамъ, узнавъ черты лицъ обоихъ плѣнниковъ, и счастье его, что въ это мгновеніе общее вниманіе было обращено на молодыхъ людей, ибо онъ съ величайшимъ трудомъ удерживался, чтобы не крикнуть и не броситься имъ на встрѣчу. То волшебно-очаровательное впечатлѣніе, которое произвела Корнелія на Сальватора, когда онъ увидѣлъ ее въ первый разъ на погребеніи ея матери, его безуспѣшная борьба съ возраставшей страстью, всѣ муки сердца и ревности -- все это мгновенно проснулось въ немъ и къ этому присоединились злоба и страхъ за судьбу Корнеліи и заботы о могущемъ случиться въ будущемъ. Онъ былъ хорошаго мнѣнія о бандитахъ и зналъ, что они будутъ беречь плѣнниковъ, какъ драгоцѣнный залогъ,-- но кто поручится, что отецъ Корнеліи не вздумаетъ освобождать дочь свою силой? Въ такомъ случаѣ дѣло можетъ кончиться весьма печально; одна мысль о возможности подобнаго исхода леденила кровь въ жилахъ Сальватора.
Въ то время какъ жены разбойниковъ, по чувству врожденной женщинамъ сострадательности, хлопотали вокругъ Корнеліи, какъ около больного ребенка, тысячи мыслей безпорядочно пронеслись въ головѣ живописца, и онъ уже сталъ обдумывать планъ -- какимъ бы образомъ поскорѣй освободить Корнелію изъ этого разбойничьяго вертепа; спутникъ же молодой дѣвушки, совсѣмъ не интересовалъ Сальватора, ибо онъ даже ни разу не задумался надъ тѣмъ, что какая судьба ожидаетъ этого юношу въ рукахъ бандитовъ.