На другое утро Сальваторъ приказалъ чрезъ одну женщину спросить Корнелію, можетъ ли она съ нимъ переговорить.
Онъ съ намѣреніемъ не обращался предварительно ни къ Беппо, ни къ другимъ бандитамъ, ибо это дѣло онъ считалъ уже рѣшеннымъ и обсуженнымъ. Корнелія согласилась на переговоры, и онъ съумѣлъ устроить, чтобы остаться съ ней наединѣ.
Онъ нашелъ молодую дѣвушку спокойной, хотя и печальной, но не предчувствовавшей ужасной опасности, которая висѣла надъ ея головой. Она очень хорошо слышала, что безпечные путешественники попадали въ такія же обстоятельства, какъ и она, но ей не приходилось слышать о тѣхъ гнусностяхъ и мерзостяхъ, которыя отъ времени до времени учинялись бандитами.
Теперь же, когда Сальваторъ Роза попросилъ ее собрать все свое самообладаніе, чтобы не выдать ничего и никому, о чемъ они будутъ бесѣдовать, она поблѣднѣла какъ смерть и устремила на него взоры, полные ужаса. Она не припоминала, что уже раньше гдѣ-то его видѣла; Сальваторъ, чтобы поскорѣй пріобрѣсти ея довѣріе, поспѣшилъ разсказать ей, какъ онъ впервые замѣтилъ ее на погребеніи ея матери и гдѣ нѣсколько разъ видѣлъ потомъ; онъ едва преодолѣлъ себя, чтобы не сознаться, что ея образъ заполонилъ его сердце и что изъ Неаполя его прогнали ревность и отчаяніе; онъ нѣсколько пояснилъ ей обычаи бандитовъ и ту опасность, которой подвергалась она въ подобныхъ обстоятельствахъ. Увидя, что страхъ началъ терзать ея душу, Сальваторъ еще разъ попросилъ ее успокоиться и увѣрилъ, что приметъ всѣ мѣры для ея возможно скораго освобожденія и для возвращенія въ отеческій домъ. Корнелія сложила руки и смотрѣла на него съ такой благодарностью, что онъ въ этотъ моментъ охотно бы пожертвовалъ для нея своей жизнью. Она спросила его, можетъ ли онъ спасти также и ея спутника, и эти слова снова пробудили въ немъ всѣхъ демоновъ ревности, но достаточно было нѣсколькихъ его вопросовъ и нѣсколькихъ отвѣтовъ съ ея стороны, чтобы убѣдиться въ лживости своихъ предположеній и въ отсутствіи какого бы то ни было повода для ревности. Однако онъ заявилъ, что можетъ спасти только одну ее и, кромѣ того, прибавилъ, что ея спутникъ -- мужчина и въ крайнемъ случаѣ самъ можетъ подумать о своемъ спасеніи. Онъ просилъ ее скорѣй рѣшиться и объяснилъ ей созданный имъ планъ побѣга. Сегодня же Корнелія должна была заявить, что позволяетъ ему писать съ себя картину, а затѣмъ онъ хотѣлъ устроить и побѣгъ изъ замка по одной потаенной, извѣстной лишь ему тропинкѣ. Путь ихъ долженъ лежать на Террацину, но никакъ не на Аквилу; въ Террацинѣ они безопасно остановятся у храбрыхъ поселянъ и" затѣмъ отсюда дадутъ знать ея отцу. Хотя этотъ путь былъ очень далекъ и тяжелъ, но никакого другого выбора не оставалось.
Хотя всѣ эти распоряженія были сдѣланы наскоро, но, судя по искреннему тону живописца, нельзя было сомнѣваться въ истинѣ его словъ. Корнелія всей душой отдалась этимъ утѣшительнымъ словамъ и чувствовала себя уже спасенной, глядя на самоувѣренное лицо Сальватора. Ея дѣтское сердце вѣрило ему безусловно, и она ни разу даже не подумала о томъ, что и здѣсь можетъ быть обманута, что и здѣсь ей могутъ угрожать новыя опасности.
Занятый всецѣло мыслью о побѣгѣ, Сальваторъ Роза дѣлалъ притворно всѣ приготовленія якобы для рисованія картины Мадонны; на дѣлѣ же онъ выбралъ самое удобное мѣстечко для побѣга и къ одной этой цѣли приноравливалъ всѣ дальнѣйшія распоряженія. Онъ натянулъ на рамку холстъ, приготовилъ краски, какъ будто единственной его мыслью было, чтобы удалась картина. Затѣмъ онъ попросилъ, чтобы ему позволили удалиться въ укромное, спокойное мѣсто для болѣе успѣшнаго и скораго окончанія работы.
Сальваторъ зналъ, что разбойники при крайней живости своей натуры не потерпятъ никакого промедленія и отпускаютъ его не надолго, хотя бы они дѣлали видъ, что не хотятъ ему мѣшать; но онъ такъ хорошо зналъ всѣ ущелья и проходы изъ стараго сарацинскаго вертепа бандитовъ, что могъ отважиться на побѣгъ.
Взявъ съ собой папку съ многочисленными эскизами и лютню, ободривъ Корнелію, онъ горячо помолился за себя и за дѣвушку и осторожно украдкою началъ пробираться черезъ рѣдко или даже никогда непроходимую часть развалинъ.
Живописецъ отлично понималъ, что поплатился бы жизнью, еслибы его поймали, но вѣдь и Корнелія оставалась здѣсь на произволъ случайностей и содержалась бы подъ еще болѣе строгимъ надзоромъ, пока разбойники не увѣрились бы въ полученіи выкупа. Посланецъ вернется еще не скоро, а въ это время можно отлично удрать.
Все совершилось сверхъ всякаго ожиданія очень хорошо. Съ трепетомъ слѣдовала Корнелія за своимъ вожатымъ; они вырвались на свободу и ползкомъ, безшумно пробирались черезъ кусты.