Свадьба Людовика Сфорца.
Вскорѣ послѣ смерти Лоренцо Медичи въ Римѣ произошло очень важное событіе -- умеръ папа Ипокентій VIII, прожившій еще два года послѣ той операціи переливанія крови, которую сдѣлалъ ему, по его приказанію, еврейскій докторъ Исаакъ Іемъ. Какъ только папа умеръ, въ Ватиканѣ немедленно собрался конклавъ, т. е. совѣтъ кардиналовъ для избранія новаго папы. Всѣ знатныя семьи въ Римѣ, имѣвшія родственниковъ среди высшаго духовенства, пришли въ сильное волненіе. Волненіе это было весьма понятное: каждый папа покровительствовалъ своей роднѣ, выводилъ въ люди всѣхъ членовъ своей семьи и давалъ имъ возможность разбогатѣть. Поэтому передъ избраніемъ новаго папы знатныя римскія семьи пускали въ ходъ всевозможныя средства и, главнымъ образомъ, подкупъ кардиналовъ, чтобы повліять на выборы. Такимъ образомъ, кто былъ богаче и могъ истратить больше денегъ, тотъ скорѣе и могъ разсчитывать занять мѣсто умершаго папы.
Благодаря этому обстоятельству, а именно своему огромному богатству, на папскій престолъ, послѣ смерти Иннокентія VIII, былъ избранъ испанскій кардиналъ Родриго Борджіа, который началъ царствовать подъ именемъ папы Александра VI. Борджіа подкупилъ почти всѣхъ кардиналовъ и поэтому получилъ наибольшее число голосовъ въ конклавѣ, хотя всѣ знали его за крайне дурного, безчестнаго и разгульнаго человѣка, которому вовсе не приличествовало называться главою церкви.
Тотчасъ послѣ того, какъ Борджіа былъ объявленъ папой, въ Римѣ начались блестящія, великолѣпныя празднества. Всѣ итальянскіе владѣтели съѣхались туда на поклоненіе новому папѣ и приносили ему свои поздравленія, хотя въ душѣ далеко не всѣ были довольны иro избраніемъ. Венеція и Неаполь были не особенно обрадованы этимъ, но за то семья Медичи, находившаяся въ родственныхъ отношеніяхъ съ новымъ папой, и герцогъ Миланскій Людовикъ Сфорца ликовали. Людовикъ Сфорца только недавно передъ этимъ захватилъ въ свои руки власть въ Миланѣ, и для него было очень важно укрѣпить ее. Ему нужны были для этого союзники, которые поддержали бы его; папа и семья Медичи лучше всего могли помочь ему въ этомъ отношеніи. Новый папа благоволилъ къ нему, и съ этой стороны Сфорца былъ спокоенъ; оставалось заручиться поддержкою Медичей. Сынъ Лоренцо Медичи Петръ вступилъ тогда въ управленіе Флоренціею, и Сфорца обратился къ нему съ предложеніемъ союза. Петръ охотно согласился, а у его матери Клариссы тотчасъ же явилась мысль устроить бракъ племянницы своего покойнаго мужа, Маріи Пацци, съ Людовикомъ Сфорца и такимъ образомъ не только скрѣпить этотъ союзъ, но еще болѣе увеличить значеніе и вліяніе семьи Медичи родствомъ со знатнымъ домомъ герцоговъ Сфорца. Честолюбивая Кларисса, не откладывая дѣла въ долгій ящикъ, рѣшила послать Бланкѣ Пацци приглашеніе пріѣхать во Флоренцію. Она давно уже разошлась съ семьею Пацци, но, зная кроткій нравъ Бланки, была увѣрена, что та обрадуется возможностивозобновить отношенія съ семьею своего покойнаго брата Лоренцо.
Въ замкѣ Буенфидардо жизнь текла по прежнему, мирно и спокойно. Молодой художникъ Леонардо-даВинчи прожилъ довольно долго подъ гостепріимнымъ кровомъ Цацци и чрезвычайно сдружился со всей семьей, въ особенности съ братомъ Маріи, Петромъ, съ которымъ у него было много общаго. Сама Марія произвела на художника глубокое впечатлѣніе не только своей красотой, но и умомъ и необыкновенно добрымъ сердцемъ. Онъ часто сопровождалъ ее, когда она отправлялась въ деревню навѣщать больныхъ и бѣдныхъ, появляясь точно ангелъ утѣшитель въ убогой хижинѣ и всюду принося съ собою свѣтъ и радость. Маленькія дѣти протягивали къ ней руки, а старики улыбались при ея приближеніи. Леонардо-да-Винчи видѣлъ, что ее боготворятъ всѣ жители деревни и часто, смотря на нее, думалъ, что она составитъ счастье человѣка, который будетъ ея мужемъ. Съ какою бы радостью онъ посватался за нее, еслибы не сознавалъ, что между нимъ и Маріей лежитъ глубокая пропасть,-- вѣдь онъ былъ тогда еще только бѣдный неизвѣстный художникъ, а Марія происходила изъ знатной и богатой семьи.
Время шло, и Леонардо-да-Винчи пора было уже подумать о возвращеніи во Флоренцію, куда его призывали занятія. Онъ кончилъ картину, которую началъ рисовать, и поднесъ ее въ даръ часовнѣ замка. Картина изображала Марію, въ видѣ Мадонны, держащей на рукахъ младенца Іисуса. Художникъ увѣковѣчилъ въ ней моментъ своей встрѣчи съ молодою Дѣвушкой. Кромѣ этой картины Леонардо сдѣлалъ много другихъ набросковъ за время своего пребыванія въ замкѣ. Молодой художникъ старался всегда изображать въ своихъ картинахъ дѣйствительность и поэтому заносилъ въ альбомъ все, что ему представлялось интереснымъ. Онъ посѣщалъ мѣста, гдѣ собиралась многолюдная толпа, съ интересомъ наблюдая выраженія лицъ, движенія людей и стараясь запечатлѣть все это въ своей памяти. Иногда онъ приглашалъ къ себѣ или самъ отправлялся въ гости къ крестьянамъ и нарочно разсказывалъ имъ забавныя исторіи, чтобы подмѣтить комическое выраженіе на ихъ лицахъ. Это стремленіе изучать жизнь и природу заставило Леонардо-да-Винчи предпринимать цѣлыя странствованія по Италіи. Въ одно изъ такихъ странствованій онъ и забрелъ въ замокъ Буенфидардо, гдѣ встрѣтилъ такой радушный пріемъ.
Грустно было Леонардо-да-Винчи разставаться съ гостепріимными хозяевами замка и, въ особенности, съ прелестною дѣвушкой, образъ которой запечатлѣлся у него въ сердцѣ.
Вернувшись во Флоренцію, Леонардо съ жаромъ принялся за работу и въ ней искалъ утѣшенія въ разлукѣ съ людьми, къ которымъ привязался всей душой. Таланты Леонардо были чрезвычайно разносторонни,-- онъ былъ не только живописецъ, но и ваятель, архитекторъ, поэтъ, музыкантъ и ученый. Это одинъ изъ величайшихъ представителей итальянскаго искусства той замѣчательной эпохи, которая называется въ исторіи эпохою Возрожденія и занимаетъ періодъ отъ XIV до XVT столѣтія, ознаменовавшійся не только развитіемъ наукъ, но, въ особенности, расцвѣтомъ искусства въ Италіи.
Однажды Леонардо былъ занятъ въ своей мастерской, какъ вдругъ къ нему вошелъ Петръ Пацци. Это было пріятною неожиданностью для художника.