Дама, которую онъ принималъ за владѣтельницу виллы, княгиню Кандорасъ, и которая поразила его своею красотой, привѣтливо улыбнулась ему въ отвѣтъ и просила, чтобы онъ показалъ ей и ея гостямъ образецъ своего искусства.
Фридрихъ приказалъ принести лютню, которая осталась на баркѣ. Онъ дѣйствительно игралъ на этомъ инструментѣ превосходно и обладалъ прекраснымъ задушевнымъ голосомъ.
Чернокожія служанки принесли подушки на террасу, и дамы усѣлись въ кружокъ, обмахиваясь вѣерами и съ любопытствомъ поглядывая на пѣвца. Только красавица хозяйка, склонила свою голову и словно о чемъ то глубоко задумалась.
Когда Фридрихъ кончилъ, раздались восторженныя рукоплесканія. Дамы просили принца повторить пѣсню, что онъ охотно исполнилъ, затѣмъ онѣ вступили съ нимъ въ разговоры о музыкѣ и пѣніи. Но златокудрая красавица не принимала въ этомъ разговорѣ никакого участія и когда онъ кончился, она сказала, обращаясь къ Фридриху:
-- Правила гостепріимства требуютъ, чтобъ вамъ былъ оказанъ пріютъ на этой виллѣ, но только одному вамъ. Ваши спутники должны оставаться на баркѣ, которая, повидимому, такъ прекрасно устроена, что они тамъ не могутъ терпѣть никакихъ неудобствъ, но вы должны дать мнѣ честное слово, что не питаете никакихъ злыхъ умысловъ ни противъ кого на этомъ островѣ и что вы не уѣдете отсюда, не предупредивъ меня.
Фридрихъ исполнилъ все, что отъ него требовали, и слуги отвели его въ предназначенную для него комнату. Онъ не замѣтилъ, однако, что за нимъ, такъ-же какъ и за его баркой, былъ устроенъ самый бдительный надзоръ.
На другой день Фридрихъ былъ очень огорченъ тѣмъ, что хозяйка виллы не показывалась. Онъ справился о ней и узналъ, что она не совсѣмъ здорова. У Фридриха какъ то сразу пропала охота видѣть королеву и добиваться ея благосклонности. Онъ провелъ цѣлый день на виллѣ, просидѣлъ нѣсколько часовъ на террасѣ и только раза два спускался къ своимъ людямъ на баркѣ, чтобы еще разъ напомнить имъ, что они должны хранить молчаніе.
Онъ обрадовался, когда наступилъ вечеръ и онъ могъ, наконецъ, отправиться спать, въ надеждѣ увидѣть на другой день свою хозяйку. Но и эта надежда была обманута: княгиня Кандорасъ не показывалась. Фридрихъ не подозрѣвалъ, что на виллѣ съ нетерпѣніемъ ждали того момента, когда онъ отправиться къ королевѣ. Но онъ позабылъ объ этомъ и оставался жить на виллѣ, разгуливая по саду и распѣвая свои пѣсни на террасѣ по вечерамъ. Тогда онъ видѣлъ; что окна въ домѣ открывались и тамъ показывались какія то женскія фигуры, очевидно, слушавшія его пѣніе. Роль пѣвца уже начала надоѣдать ему, и онъ подумывалъ о томъ, чтобы открыть свое званіе, какъ вдругъ произошло событіе, которое все измѣнило.
Однажды ночью Фридрихъ былъ разбуженъ страшнымъ шумомъ. Очевидно, что то случилось, потому что раздавались крики и поднялась бѣготня и суматоха. Онъ быстро вскочилъ съ постели и, накинувъ на себя платье, выбѣжалъ, чтобы узнать, въ чемъ дѣло. Бѣгавшіе взадъ и впередъ въ сильномъ волненіи слуги сообщили ему, что только что прибылъ гонецъ отъ королевы съ извѣстіемъ, что тунисскіе морскіе разбойники напали на ея дворецъ, очевидно, съ цѣлью похитить королеву.