Въ мрачный зимній вечеръ, вся семья Медичи, кромѣ кардинала Джьовални собралась въ виллѣ Карреджи, близь Флоренція, въ спальнѣ больнаго Лоренцо, который лежалъ на постелѣ, окруженной тяжелыми штофными занавѣсями. Кромѣ. Клары, Пьетро и Альфонсины тутъ былъ и Франческетто съ Маддаленой, которая привела съ собой двухъ маленькихъ сыновей. Всѣ съ одинаковымъ безпокойствомъ слѣдили за каждымъ движеніемъ ученаго друга дома Медичи, Пико де-Мирандола, взявшаго на себя обязанность врача; послѣдній держалъ въ рукѣ плоскую чашу съ лекарствомъ, которое, по его мнѣнію, должно было облегчить страданія больнаго.

Печальные, блуждающіе взоры Лоренцо переходили отъ лица жены къ сыну и другимъ членамъ семьи. Комната, въ которой онъ лежалъ, была украшена драгоцѣннымъ алтаремъ, гдѣ передъ Распятіемъ горѣла неугасаемая лампада. Стѣны были увѣшены картинами знаменитѣйшихъ художниковъ, которые отчасти были! обязаны дому Медцчи своевременнымъ развитіемъ своего таланта. Въ сосѣднихъ комнатахъ были собраны не менѣе цѣнныя художественныя произведенія древняго и новаго искусства; Лоренцо зналъ, что его домъ, по великолѣпію обстановки, не уступитъ ни одному; изъ королевскихъ дворцовъ. Если церкви и площади Флоренція были украшены произведеніями искусства, то они были обязаны " этимъ его щедрости, и Лоренцо могъ надѣяться, что слава этихъ безсмертныхъ сокровищъ покроетъ и его имя неувядаемымъ блескомъ. Но теперь, лежа на смертномъ одрѣ, онъ долженъ былъ соf знаться передъ самимъ собой, что далеко не достигъ той цѣли, къ, которой стремился всю жизнь. Съ тайнымъ ужасомъ онъ думалъ о томъ, что со временемъ, если восторжествуетъ міросозерцаніе въ духѣ ученія Джиродамо, то всѣ его стремленія будутъ признаны дѣломъ суетнаго бѣсовскаго навожденія. Хотя домъ его былъ спасетъ отъ раззоренія, но онъ зналъ, что народъ относится къ нему; не съ прежнею любовью, и боялся что представители фамиліи Медичи со временемъ будутъ еще меньше пользоваться расположеніемъ флорентинцевъ. Таковы были плоды его честолюбивыхъ стремленій! Господь унизилъ его гордыню и показалъ въ лицѣ бѣднаго доминиканскаго монаха, что въ Его власти уничтожить земной блескъ и заставить людей ощутить страхъ Божій.

Но въ то время, какъ ученый врачъ и приближенные Лоренцо молча ждали дѣйствія лекарства въ надеждѣ услыхать слово утѣшенія изъ устъ больнаго, послѣдній мысленно готовился въ смерти. Покончивъ съ земными помыслами и заботами, онъ остановился на рѣшеніи, которое давало ему надежду на спокойную смерть и мирный переходъ къ другой лучшей жизни. Онъ подалъ знакъ рукой, чтобы къ нему подошла Клара, такъ какъ видимо желалъ сообщить ей нѣчто важное. Она наклонилась къ нему, и Лоренцо сказалъ ей на ухо нѣсколько словъ, послѣ чего, Клара попросила всѣхъ удалиться изъ спальни на нѣсколько минутъ, добавивъ, что больной желаетъ остаться съ нею наединѣ.

Лицо Клары было блѣдно, и ея большіе черные глаза блестѣли лихорадочнымъ огнемъ, потому что въ эту минуту она испытывала глубокія страданія при мысли о близкой смерти дорогаго для нея человѣка. Хотя врачи еще не потеряли надежды на выздоровленіе Лоренцо, но она лучше всѣхъ знала своего мужа, видѣла полный упадокъ его физическихъ и нравственныхъ силъ и была убѣждена, что ничто не можетъ возстановить ихъ.

Когда они остались вдвоемъ Лоренцо сказалъ ей:

-- Я желалъ бы приготовиться къ смерти и хотѣлъ просить тебя, чтобы ты немедленно послала за духовникомъ.

Эти слова болѣзненно отозвались въ душѣ Клары, но она овладѣла собой и отвѣтила, что готова исполнить его желаніе. Она намѣревалась выйти изъ комнаты, чтобы отдать соотвѣтствующее приказаніе; но больной сдѣлалъ быстрое движеніе и, судорожно схвативъ ее за руку, сказалъ слабымъ прерывающимся голосокъ:

-- Подожди немного и выслушай меня! ты должна знать кого я выбралъ своимъ духовникомъ; помни, что это неизмѣнное желаніе умирающаго, которое должно быть исполнено... Я хочу исповѣдываться передъ однимъ человѣкомъ, а не передъ кѣмъ другимъ, и только изъ его рукъ желалъ бы принять св. Дары, какъ залогъ моего примиренія съ Богомъ!.. Пошли въ доминиканскій монастырь Санъ-Марко и прикажи передать настоятелю Джироламо Саванаролѣ, чтобы онъ пришелъ къ Лоренцо Медичи, который лежитъ на смертномъ одрѣ и желаетъ исповѣдываться у него.

Клара обомлѣла отъ ужаса. Въ ея гордой душѣ происходила тяжелая борьба разнообразныхъ ощущеній, но она не смѣла отказать умирающему въ его послѣдней просьбѣ.

Въ тѣ времена люди самаго непреклоннаго характера не рѣшались умереть безъ покаянія; поэтому Клара ни въ какомъ случаѣ не позволила бы себѣ лишить дорогаго ей человѣка возможности помириться съ своей совѣстью въ тотъ моментъ, когда онъ чувствовалъ приближеніе смерти.