Поднявшись на кучу лома, Нина поправила косынку и, окинув взглядом большую толпу, четко сказала:
— Товарищи! Наше собрание будет коротким. Все вы знаете, что идет война, которая легла тяжелой ношей на плечи рабочих и крестьян. Такая война нам не нужна. Партия большевиков — единственная партия рабочего класса, которая не на словах, а на деле проявляет заботу о трудовом народе. Меньшевики, презренные лакеи буржуазии, сейчас выдвигают идею создания «рабочих групп» при военно-промышленных комитетах. Кому это выгодно? Кому выгодно выматывать последние силы из рабочих? Только капиталистам. Посмотрите на эту женщину, на эту девушку-подростка, которые не в силах поднять тяжелую балку, — рука Нины протянулась по направлению стоявших в толпе беременной женщины и девочки-подростка, — но от них требуют: поднимай, надрывайся и работай на проклятых капиталистов. — Нина, казалось, задыхалась от гнева. — Из нас выматывают последние силы. Они хотят, чтобы мы были вечно их рабами. Не бывать этому! Рабочий видит несправедливость, и он скажет сегодня: «Долой меньшевистскую выдумку — «рабочие группы» при буржуазии! Долой войну, которая приносит слезы и страдания женам и матерям, уносит в могилы тысячи рабочих и крестьян!» Война нужна капиталистам для захвата чужих земель, для наживы толстосумам, для кабалы и порабощения трудящихся.
Толпа всколыхнулась.
— Долой хозяйских холуев!
— К чертям!
— И так измотались!
— Никаких «рабочих групп»!
— Не поддавайся, ребята, обману!
— Да здравствует революция! — прозвенел в задних рядах чей-то молодой голос.
Когда шум утих, Нина продолжала: