Постепенно Ян начал усваивать русский язык и уже свободно понимал Федосью и хозяина. Как-то за обедом, когда семья сидела за столом, Федор спросил чеха:
— Ты, Иван, женат?
Тот отрицательно покачал головой:
— Земли нет, хаты нет, работал в усадьбе господаря.
— Ишь ты, стало быть, в работниках жил? А невеста есть?
Лицо чеха помрачнело.
— Теперь нет, — коротко ответил он. — Письмо получил от товарища, вышла за другого.
— Не горюй, мы здесь тебе найдем другую, — Федор погладил бороду и украдкой посмотрел на Федосью. За последнее время он стал замечать, что сноха чересчур стала ласкова с пленным и, уезжая на пашню, старалась оставить свекра дома. В душе Федор был рад. Попался хороший работник, послушный, вот только плохо, что военнопленный. Старик долго не высказывал своих дум. Однажды под предлогом починить лопнувшую дугу, он направился к ссыльному.
Поздоровавшись с Русаковым, старик стал показывать свою поломку.
— Пустяковое дело, — ответил тот. — Наложим железный обруч, и все будет в порядке.