Андрей усмехнулся.
— Плохо вы меня знаете, отец, — покачал он головой. — Я никогда, ни за что не возьму ваших денег, нажитых преступным путем.
— Что ты хочешь этим сказать? — худое лицо старшего Фирсова задергалось.
На миг перед ним промелькнули давно забытые события в Варламовском бору: убийство Косульбая, смерть грабителей и захват шкатулки. Никита вынул клетчатый платок и вытер холодный пот.
— Блажь у тебя в голове. Вот что, — заговорил он точно больной. Помолчав, Никита добавил: — Погорячились мы оба. Приезжай. А то закис ты здесь. Да Агния соскучилась, приедешь?
— Сказал ведь, приеду, — неохотно ответил Андрей.
— Деньги-то переводить тебе в Петербург или по-прежнему будешь отказываться? — спросил хмуро Никита.
— Повторяю еще раз, денег я не возьму! — сказал раздельно Андрей.
— Что ж, губа толще — брюхо тоньше. Они и мне пригодятся, — резко ответил Никита и стал собираться в путь.
Вскоре после отъезда отца Андрей оседлал коня и выехал с мельницы.