Шулер пошарил рукой в кармане и, вынув пачку ассигнаций, сказал: — Отпусти…
Ломая руки, Элеонора кинулась к Сергею:
— Оттащите его от господина Бойчевского. Задушит.
— Никодим, брось ты его, а то на самом деле отправишь на тот свет. Ну их к чертям! — потрогал он за плечо своего друга.
Елеонский поднялся во весь свой огромный рост и, сунув деньги за пазуху, с ненавистью посмотрел на Сажней.
— Облапошить хотите парня, не выйдет, — и он вместе с Сергеем вышел из комнаты.
Утром, когда город еще спал, они выехали на заимку Толстопятова.
Глава 11
Заимка Дорофея стояла на полпути от станции Прорывной к Марамышу. Обнесенная высоким частоколом, с массивными воротами, она напоминала скорее пересыльную тюрьму, чем жилье.
В ограде, заслоняя деревья, стоял большой крестовый дом, сложенный из толстых бревен. Справа от него, прячась в зелени старых берез, — старообрядческая молельня. Хозяин был беспоповец, не признавал икон и новых церковных книг.