-- Я сам заказывал его Шарвети, -- конфиденциально сообщил он. -- Его светлость сказал, что обойдется розовой пижамой, купленной нами на Пасху, которой он еще не надевал, но я и слышать не хотел об этом. "Цвет лаванды, милорд, -- вот подходящий оттенок для свадебного наряда", -- и его светлость ответил со свойственным ему бесстрастным видом:
-- "Хорошо, Гардинг, пусть будет так". И вот она здесь.
-- Что за шелк -- нежный, как лепесток цветка, -- вздохнула Агнесса, -- что это будет за счастливая молодая леди!
А Сарра Браун, старшая горничная в уборной, расположенной налево от парадной спальни, испытывала дрожь в своем старом девическом сердце, потому что мадемуазель Мадлен тоже раскладывала брачный наряд. И рядом со сказочно красивой ночной рубашкой из воздушной ткани оттенка "вспыхнувшей розы" и капотом появилась пара крошечных туфелек с маленькими розочками и незабудками вместо пряжек.
Старая Браун взяла одну туфельку.
-- Я никогда не видела туфелек такого размера, -- сказала она француженке. -- Третий номер, мне кажется?
-- Второй, -- последовал надменный ответ, -- ножки миледи не похожи на ноги англичанок.
-- Они будут прелестной парой, -- выразительно продолжала старшая горничная, -- и очень счастливой, мы все надеемся!
Мадлен пожала плечами.
-- Миледи невинна, как молодой агнец, а милорд знает всех красивых женщин Европы, что вы хотите? Счастья? Не этого ищут в браке!