Губерт рассказал ему всю правду.
-- Мой дорогой мальчик, -- вот все, что сказал полковник Донгерфилд по окончании рассказа, -- зверски беспокойно быть джентльменом, но нужно им оставаться.
Затем он отвернулся к окну, чтобы скрыть выражение сочувствия на своем лице.
-- Ты видел ее?
-- Нет еще.
-- Должен ли я прийти тебе на помощь, сообщив всем об этом событии.
-- Только то, что я собираюсь жениться. Что можно сказать еще?
-- Но когда тебя увидят с блистательной еврейкой, все поймут, что ты был загнан в угол.
Губерт поморщился.
-- Никто не должен так думать. Мне кажется, я смогу сыграть свою роль, а затем повезу ее за границу, пока мы сможем благопристойно устроиться на разных квартирах или развестись.