-- Надеюсь, дядя Френсис, что ваши гости извинят меня, -- сказала она с величественным и неприступным видом, -- но я очень устала и потому желаю вам всем покойной ночи, -- и, поклонившись, она медленно вышла из комнаты.
-- Покойной ночи, мадам, -- сказал лорд Танкред у двери. -- Когда-нибудь мы с вами потягаемся!
В ответ он получил только уничтожающий взгляд.
-- Какая красивая и необыкновенная женщина ваша племянница, милейший Маркрут, -- услышал он замечание одного из гостей, и оно почему-то очень его задело.
А Френсис, отлично знавший, когда и что нужно сказать, небрежным тоном заговорил о своей племяннице и о том, какой у нее интересный и загадочный характер. Он не находил ее особенно красивой; правда, у нее необыкновенная кожа и прекрасные глаза и волосы, но черты лица не совсем правильные.
-- Я бы не сказал, что она красива, -- заметил он, -- еще и потому, что с красотой женщины ведь неразрывно связаны мягкость и нежность, а моя племянница всегда напоминает мне черную пантеру в зоологическом саду, хотя, конечно, трудно сказать, какой бы она была, если бы кто-нибудь сумел ее приручить.
Подобные замечания, естественно, могли только разжечь интерес лорда Танкреда и усилить обаяние, во власти которого он уже находился, а Френсис знал, кто его слушает, и не бросал впустую ни одного слова. Затем он резко переменил разговор, снова заговорив о Канаде, и развивал эту тему до тех пор, пока железнодорожным магнатам не стало скучно и они распрощались. Когда все четверо спустились вниз и слуги стали помогать гостям одеваться, хозяин обратился к лорду Танкреду:
-- Вы, может быть, останетесь выкурить сигару? -- и вскоре они уже, как накануне, сидели в уютном кабинете Маркрута.
-- Надеюсь, дорогой мой, вы сегодня получили все нужные сведения о Канаде, -- начал Маркрут. -- Более влиятельных людей, чем сэр Филипп и полковник, вы вряд ли найдете. Я просил...
Но лорд Танкред вдруг перебил его.