-- Все это вздор, Френсис! Я не могу на это согласиться, я ведь, как вам известно, уже довольно давно живу на свете, и если, как вы говорите, вы все обо мне знаете, то, вероятно, кое-что знаете и о моих вкусах. Я никогда не подхожу к женщине, если она не влечет меня к себе, и могу жениться только в том случае, если влюблюсь, причем мне совершенно безразлично, будет ли любимая мною женщина богата или бедна! Мне даже будет неприятно, если она окажется богатой, потому что тогда она сможет сказать мне, как американская жена бедняги маркиза Дорнвуда: "Это мой автомобиль, и я сегодня не могу дать вам его!".
-- Значит, если бы вы влюбились, то женились бы, несмотря ни на что? -- спросил Френсис.
-- Вероятно, но до сих пор я еще никогда не был настолько влюблен. А вы были? Я думаю, что все эти россказни о всепобеждающей страсти -- просто сказка. Люди остывают чрезвычайно быстро, не правда ли, дружище?
-- Я всегда считал, что женщины более постоянны и что их чувства не так быстро охладевают, -- отвечал финансист.
-- Словом, мне еще не пришлось этого испытать, -- сказал лорд Танкред, -- и, может быть, еще долго не придется. Я чувствую себя совершенно застрахованным от увлечений!
На лице мистера Маркрута появилась странная, загадочная улыбка.
-- Кстати, скажите, пожалуйста, Френсис, откуда вы знаете, что ваша племянница захочет выйти за меня замуж? Вы так говорите, как будто дело только за мной!
-- Да, так оно и есть... За свою племянницу я отвечаю -- она сделает все, что я пожелаю; к тому же, как я уже сказал, вы прекрасный представитель английской аристократии, и женщине трудно устоять перед вами, разве не правда?
Но лорд Танкред не был тщеславен, и так как обладал чувством юмора, то рассмеялся.
-- Право, это даже забавно -- вы превратились в какого-то агента по матримониальным делам! А вам самому не смешно?