С.-Петербургъ
Изданіе Е. Д. Жуковскаго
1906
Среди представителей современнаго русскаго художественнаго творчества, -- творчества далеко не столь скуднаго и безцвѣтнаго, какъ оно можетъ показаться, если прислушиваться къ постояннымъ жалобамъ критики на безпременье и оскудѣніе въ литературѣ, -- есть писатель большой и оригинальный, достойный занять видное мѣсто не только среди текущей литературы, но и въ славномъ пантеонѣ классиковъ русскаго слова. Онъ давно уже пріобрѣлъ въ критикѣ и у читателя всеобщее вниманіе и уваженіе. Книги его постоянно требуютъ новыхъ и новыхъ изданій, онѣ читаются съ любовнымъ вниманіемъ и трепетнымъ восхищеніемъ, ими не только эстетически наслаждаются, но и нравственно вдохновляются. Къ самому автору относятся съ теплой симпатіей и благодарной преданностью... Успѣхъ этого художника большой, прочный и несомнѣнно заслуженный; несмотря на это онъ отличается чрезвычайной скромностью. На литературной дѣятельности этого писателя лежитъ печать благородной сдержанности. Въ изданіи своихъ произведеній онъ доводитъ эту сдержанность до излишней скромности и даже скупости. Значительная часть написаннаго имъ все еще остается на страницахъ старыхъ журналовъ. До сихъ поръ мы не имѣемъ собранія сочиненій этого художника. Несмотря на это читатель знаетъ его и онъ знаетъ своего читателя.
Я говорю о Владимірѣ Галактіоновичѣ Короленко.
Въ нынѣшнемъ году {Печаталось въ 1903 году въ No 7 "Міра Божьяго".} истекаетъ 50 лѣтъ со дня его рожденія (15-го іюля). Родной городъ Житоміръ собирается, какъ сообщаютъ "Русскія Вѣдомости" (No 34) со словъ газеты "Волынь", "торжественно отпраздновать эту годовщину". Домовладѣльцемъ г. Житоміра, г-номъ Бернацкимъ подано черезъ городского голову въ житомірскую думу соотвѣтствующее заявленіе. Пятидѣсятилѣтіе дня рожденія любимаго современнаго русскаго писателя есть, конечно, не только мѣстное событіе, но общій праздникъ русской литературы.
I.
В. Г. Короленко родился 15-го іюля 1853 г. въ Житомірѣ. Отецъ его былъ дворяниномъ Полтавской губерніи, происходилъ изъ стараго казацкаго рода. Прадѣдъ Владиміра Галактіоновича былъ еще настоящій запорожецъ, казацкій старшина. Мать Короленка была дочерью польскаго шляхтича-посессора. Отецъ его служилъ чиновникомъ по разнымъ должностямъ въ Житомірѣ, Дубнѣ и Ровнѣ. Какъ сообщаетъ С. А. Венгеровъ, въ главныхъ чертахъ сынъ обрисовалъ его въ полуавтобіографической повѣсти "Въ дурномъ обществѣ" {Энциклопедическій словарь Врокгауза и Ефрона т. XVI, 31 полутомъ.}. "Первоначальное образованіе, по даннымъ г. Скабичевскаго, г. Короленко получилъ въ пансіонѣ В. Рыхленскаго въ свое время лучшемъ заведеніи этого рода въ Житомірѣ. Затѣмъ, поступивъ во второй классъ житомірской гимназіи, мальчикъ пробылъ въ ней два года. Въ это время отецъ, переведенный сначала въ г. Дубно на мѣсто уѣзднаго судьи, перешелъ на службу въ уѣздный городъ Ровно, куда за нимъ переѣхала изъ Житоміра вся семья. В. Г. Короленко съ братьями поступилъ здѣсь въ третій классъ реальной гимназіи, въ которой въ 1870 г. и окончилъ курсъ съ серебряной медалью. Этотъ небольшой городокъ, нынѣ оживившійся послѣ проведенія желѣзной дороги, съ полной точностью, по словамъ Короленко, описанъ имъ въ разсказѣ "Въ дурномъ обществѣ" {А. М. Скабичевскій. "Исторія новѣйшей русской литераратуры 1848-1898 гг. Изд. 4-е, стр. 381.}.
"Въ 1868 г. (31-го іюня) умеръ отецъ Короленка. Это былъ чиновникъ строгой и рѣдкой по тому времени честности. Получивъ скудное воспитаніе и проходя службу въ низшихъ ступеняхъ среди дореформенныхъ канцелярскихъ порядковъ и общаго взяточничества, онъ никогда не позволялъ себѣ принимать даже того, что по тому времени называлось "благодарностью", т. е. приношеній уже послѣ состоявшагося рѣшенія дѣла. А такъ какъ въ тѣ годы это было недоступно пониманію средняго обывателя, отецъ же Короленка былъ чрезвычайно вспыльчивъ, то сынъ помнитъ много случаевъ, когда онъ прогонялъ изъ своей квартиры "благодарныхъ людей" палкой, съ которою никогда не разставался (онъ былъ хромъ, вслѣдствіе односторонняго паралича). Понятно поэтому, что семья (вдова и пятеро дѣтей) остались послѣ его смерти безъ всякихъ средствъ, съ одною пенсіей. В. Г. Короленко былъ въ то время въ пятомъ классѣ. Частью казенному пособію, выданному во вниманіе къ выдающейся честности отца, но еще болѣе истинному героизму, съ которымъ мать отстаивала будущее семьи среди нищеты и лишеній, обязанъ былъ Короленко тѣмъ, что могъ окончить курсъ и въ 1871 году поступить въ технологическій институтъ. Здѣсь почти три года прошли въ напрасныхъ попыткахъ соединить ученіе съ необходимостью зарабатывать хлѣбъ. Пособіе съ окончаніемъ гимназическаго курса прекратилось, и В. Г. Короленко теперь рѣшительно не можетъ дать отчета, какъ удалось ему прожить первый годъ въ Петербургѣ и не погибнуть прямо отъ голода. Безпорядочное, неорганизованное, но душевное и искренное товарищество, связывавшее студенческую голытьбу въ тѣ годы, одно является въ качествѣ необходимаго объясненія. Какъ бы то ни было, но даже 18-ти копѣечный обѣдъ въ тогдашнихъ дешевыхъ кухмистерскихъ Великой Княгини Елены Павловны для Короленка и его сожителей былъ въ то время такою роскошью, которую они позволяли себѣ не болѣе 6--7 разъ во весь этотъ годъ. Понятно, что объ экзаменахъ и систематическомъ ученіи не могло быть и рѣчи. Въ слѣдующемъ году Короленко нашелъ работу, сначала раскрашиваніе ботаническихъ атласовъ, потомъ корректуру. Видя однако, что все это ни къ чему не ведетъ, В. Г. Короленко уѣхалъ въ 1874 г. съ десяткомъ заработанныхъ рублей въ Москву и поступилъ въ Петровскую академію. Выдержавъ экзаменъ на второй курсъ и получивъ стипендію, онъ считалъ себя окончательно устроившимся. Но благополучіе это продолжалось не долго: въ 1876 г. Короленко былъ исключенъ съ третьяго курса и высланъ съ двумя товарищами изъ Москвы въ Вологодскую губернію, но съ дороги былъ возвращенъ въ Кронштадтъ, гдѣ въ это время жила семья его" {Тамъ же, стр. 382.}. Жизнь студентовъ Петровской академіи и самая мѣстность, очень живописная и красивая, впослѣдствіи была воспроизведена Короленкомъ въ двухъ повѣстяхъ: "Прохоръ и студенты" ("Русская Мысль") 1888 г. No 1 и 2) и "Съ двухъ сторонъ" (разсказъ о двухъ настроеніяхъ) ("Рус. Мысль" 1888 г. NoNo 11 и 12). Оба произведенія эти, изъ которыхъ первое осталось незаконченнымъ, не вошли въ отдѣльныя изданія "Очерковъ и разсказовъ". "Годъ спустя послѣ исключенія изъ академіи онъ переселился съ семьей въ Петербургъ, гдѣ съ братьями опять, занялся корректурой. Къ 1879 г. относятся первыя его литературныя попытки. Съ того же 1879 г. начинаются, странствія Короленка по отдаленнымъ восточнымъ мѣстамъ: сначала онъ попалъ въ Глазовъ Вятской губерніи, затѣмъ въ глухія дебри Глазовскаго уѣзда; оттуда въ Томскъ, изъ Томска въ Пермь; оттуда въ 1881 г. въ Якутскую область" {Тамъ же, стр. 382.}, гдѣ онъ пробылъ три года. Съ 1884 года онъ поселился въ Нижнемъ-Новгородѣ, гдѣ провелъ около десяти лѣтъ; затѣмъ переѣхалъ въ Петербургъ и, наконецъ, съ 1900 года основался въ Полтавѣ.
Еще изъ Перми В. Г. Короленко послалъ литературный очеркъ въ журналъ "Слово", гдѣ онъ былъ напечатанъ въ польской книжкѣ 1879 г., подъ названіемъ "Эпизоды изъ жизни искателя". Этотъ первый разсказъ, подписанный иниціалами, такъ и остался на страницахъ "Слова"; авторъ не включилъ его, какъ, впрочемъ, и многіе другіе свои разсказы, ни въ одно изъ отдѣльныхъ изданій "Очерковъ и разсказовъ". Извѣстнымъ же въ литературѣ имя Короленко становится только съ 1885 г., когда онъ, вернувшись изъ Якутской области, печатаетъ въ No 3 "Русской Мысли" "Сонъ Макара". "Успѣхъ "Сна Макара" былъ огромный", сообщаетъ Венгеровъ. Общій приговоръ по прочтеніи этого произведенія былъ, -- какъ сообщаетъ А. М. Скабичевскій, -- тотъ, что послѣ "Подлиповцевъ" Рѣшетникова ничего не появлялось въ этомъ родѣ въ литературѣ нашей до такой степени сильнаго и поразительнаго". Вслѣдъ за "Сномъ Макара" появился разсказъ "Въ дурномъ обществѣ" (въ No 10) "Русской Мысли" за тотъ же 1885 г.). Далѣе, въ 1886 г., въ No 1 "Русской Мысли", -- "Лѣсъ шумитъ" и потомъ безпрерывно, изъ года въ годъ, цѣлый рядъ произведеній, которыя печатались въ разныхъ журналахъ (по преимуществу въ "Русской Мысли" и въ "Сѣверномъ Вѣстникѣ"), а за послѣднее время почти исключительно въ "Русскомъ Богатствѣ".