Посреди комнаты, гдѣ была конторка, стоялъ столъ, подлѣ котораго сидѣла Анна Григорьевна; напротивъ нея стояла Маша и кроила бѣлье. Старуха взяла со стола кусокъ полотна и развернула его, но вдругъ оставила работу, сняла очки, начала протирать ихъ платкомъ и, обернувъ голову къ окну, посмотрѣла въ садъ.
-- Господь послалъ мнѣ добрыхъ людей, сказала она: -- и я, недостойная, свыше силъ моихъ взъискана Его милостью. Богатства мнѣ не нужно, старыя руки еще прокормятъ, а въ любви дѣтской награждена я, благодаря Бога!
Анна Григорьевна, весело улыбаясь, глядѣла на Машу и была совершенно-счастлива.
Отрубевъ постоянно проводилъ время у невѣсты и всегда нехотя уходилъ домой. Воспоминаніе прошлаго все еще непріятно на него дѣйствовало, когда онъ оставался одинъ въ мезонинѣ. Старый отцовскій домъ наводилъ на него уныніе, и онъ началъ перестроивать его по своему плану. Еще за два года до смерти, старикъ заготовилъ лѣсъ для перестройки, но лѣсъ гнилъ, и больной Дмитрій Ефимовичъ только отъ нечего-дѣлать говорилъ сестрѣ, чтобъ она смотрѣла, не растащили бы со двора доски. Занимаясь перестройкою, Алексѣй Дмитріевичъ придумалъ устроить на мезонинѣ удобное помѣщеніе для Анны Григорьевны и предлагалъ тёткѣ, покуда перестроивали домъ, переѣхать къ Межжеровымъ, но Матрена Ефимовна держалась примѣты: что если на старости лѣтъ перемѣнитъ мѣсто, гдѣ ужь прожила столько лѣтъ, то скоро умретъ, и потому перешла жить въ полуразвалившійся флигель. Матрена Ефимовна изрѣдка видалась съ Анною Григорьевною, и старухи чрезъ Алексѣя Дмитріевича посылали другъ другу поклоны. Отрубевъ окончилъ перестройку и женился.
Сосѣди замѣчали, что у Сысоевны порвался звонкій голосъ, и она похудѣла. Молодые долго упрашивали Анну Григорьевну переѣхать къ нимъ. Но привычка къ своей темной спальнѣ удерживала старуху за Днѣпромъ: она боялась поселить вражду между теткою и племянникомъ.
Семенъ не хотѣлъ разстаться съ своимъ домомъ и на предложеніе шурина жить у него отвѣчалъ: -- я у тебя въ домѣ буду какъ въ лѣсу, а здѣсь у меня все подъ-рукою. Мы здѣсь останемся съ Агапычемъ. Да и за что мы домишко нашъ оставитъ опальнымъ? А наемщики какіе у насъ будутъ.
Несмотря на сопротивленіе тёщи, Отрубевъ велѣлъ обшить ея домъ новымъ тёсомъ и покрыть крышу сарая, гдѣ Семенъ могъ спать лѣтомъ на сѣновалѣ, не боясь дождя.
Хотя перестройка и не требовала большихъ издержекъ, но Матрена Ефимовна сердилась и горевала, что осѣтила племянника женина роденька, и разсказывала, какъ заставила Межжерова выстроить новый домъ. Матрена Ефимовна и тѣмъ была недовольна, что Маша сама занималась хозяйствомъ; но на ворчанье ея никто не обращалъ вниманія.
"Отечественныя Записки", т. 93, 1854