* Письмо писано в 1827 г., когда уже на престол вступил Николай Павлович, о коем и идет здесь речь.
После долгих приготовлений и основательного ознакомления с сочинениями известного педагога Песталоцци, Жуковский осенью 1826 года представил государю выработанный им за лето план учения великого князя Александра. Согласно этому плану, воспитание вообще и учение в особенности должны иметь целью -- "образование для добродетели". Эта цель достигается развитием добрых качеств, данных природою, образованием из сих качеств характера нравственного, предохранением от зла, искоренением злых побуждений и наклонностей; учение образует для добродетели, знакомя питомца: 1) с тем, что окружает его; 2) с тем, что он есть; 3) с тем, чем он должен быть, как существо нравственное; 4) с тем, для чего он предназначен, как существо бессмертное.
Предполагая, что учение его высочества продолжится от 8 до 20 лет, Жуковский делит его на три главных периода: отрочества, от 8 до 13 лет, в какое время он учение считает подготовительным; юности -- от 13 до 18 лет -- учение подробное, и первых лет молодости, от 18 до 20 лет -- учение применительное. Наставник сравнивает первое время учения с приготовлением к путешествию: надо ученику дать в руки "компас", под которым он подразумевает первоначальное развитие ума и сердца, посредством усвоения религиозных правил; познакомить с "картою", сообщив ему вкратце, ясно и в последовательной связи, те знания, которые будут впоследствии преподаваться в подробностях; снабдить его "орудиями" для приобретения сведений и для открытий в пути, т.е. обучить его иностранным языкам и развить в нем природные дарования. В следующее время (13 -- 18 л.), ученик, по образному выражению Жуковского, предпринимает уже самое путешествие: компас у него в руках, он умеет с ним обращаться; карта перед ним раскрыта и им изучена; дороги на этой карте обозначены, -- ему не грозит опасность заблудиться. Ум его приготовлен, любопытство возбуждено, и он смело пускается в дорогу. Дабы избегнуть смутности и беспорядка в понятиях, ученику необходимо преподавать в отдельности науки, нужные ему, как члену просвещенного общества, и более подробно те, которые ему нужны по его жизненному назначению. К первым относятся те науки, кои имеют предметом человека (науки антропологические): история, география, этнография, политика, философия; ко вторым -- науки, имеющие предметом вещь (онтологическая): математика, естественная история, физика. Наконец, наступает время окончания путешествия (18 -- 20 л.): сведения собраны, остается их привести в порядок и определить, какое должно из них быть сделано употребление. Наставник должен в это время возбудить в ученике самодеятельность, и последний, не занимаясь уже никакою наукою в отдельности, сам составляет себе коренные правила жизни, как произведение того, что дали ему воспитание и учение. Пособием для этих правил служит чтение классических книг, преимущественно тех, кои знакомят его с его высоким положением и страною, которой он должен посвятить свою жизнь. В это время занятия должны идти в следующем порядке: 1) обозрение знаний, приобретенных в возрасте 13 -- 18 лет; 2) взгляд на место, занимаемое человеком в обществе, и на обязанности, с ним соединенные; 3) отчет в самом себе, перед самим собой и утверждение в правилах добродетели; 4) выяснение общего значения человека в жизни и государя -- в особенности.
В дальнейшем изложении своего плана Жуковский разъясняет значение каждой науки, входящей в тот или иной круг преподавания, размещает их в определенной последовательности и, наконец, останавливается на обозрении, при каких условиях должно идти обучение великого князя. Дверь учебной комнаты, по его мнению, во все время уроков должна быть неприкосновенная; никто не должен позволять себе входить в нее, пока царственный ученик занят с учителями; из этого правила не должно делать исключений даже для родителей, т.е. для государя и государыни. Благодаря этому Александр Николаевич приучился дорожить своим временем, так как будет видеть, что им дорожат другие и что в порядке часов учения соблюдается строжайшая точность. Его высочество в продолжение своего воспитания должен привыкнуть почитать выше всего свои обязанности. Далее наставник нападает на вред, которому подвергаются царские дети благодаря частым переездам с места на место. "Нам надобно иметь одно местопребывание -- в Петербурге зимою и одно, такое же, вне Петербурга, летом, -- говорит он в своем "плане". В противном случае, порядок нарушается, и нельзя отвечать за успех учения. Переезды будут мешать и вредить вниманию, будут препятствовать полноте и необходимому спокойствию упражнений; вместо устроенной учебной комнаты, будем иметь одни станции, в которых нельзя иметь под рукою всех предметов учения; все это произведет привычку к непостоянству и беспокойную охоту переменять место, весьма вредную для будущего.
Самим наставникам нельзя будет действовать, как бы они желали: могут ли они всюду перевозить с собою все вещи для приготовления своего к лекциям? Могут ли иметь везде простор, необходимый для собственных занятий? А это -- не безделица: здесь о наставниках так же нужно думать, как и о воспитаннике. Бесполезно требовать от них невозможного".
Большое значение придавал Жуковский прогулкам: с ними, по его мнению, должна быть соединена цель наставительная. Ученик должен на этих прогулках обозревать публичные здания, ученые учреждения, кабинеты, промышленные заведения. Чтобы родители наследника могли давать себе ясный отчет о ходе его занятий, Жуковский предполагал установить экзамены ежемесячные и полугодовые; ежемесячные должны производиться в присутствии государыни императрицы, полугодовые -- в присутствии самого государя.
V.
Обращаясь к вопросу об отношениях державного родителя к сыну, Жуковский говорит: "Смею думать, что государь император не должен никогда хвалить великого князя за прилежание, а просто оказывать свое удовольствие ласковым обращением. Таковое выражение должно быть предоставлено для немногих случаев. Чем будет оно реже, тем более будет иметь цены, тем сильнее будет действие. Великому князю надлежит привыкать видеть в исполнении своих обязанностей простую необходимость, не заслуживающую никакого особенного одобрения: такая привычка образует твердость характера; каждый отдельный хороший поступок весьма маловажен, одно только продолжительное постоянство в добре заслуживает внимания и хвалы. Его высочество должен приучиться действовать без награды: мысль об отце должна быть его тайною совестью. Тогда только одобрение отца будет для него благодетельным счастием и действительным поощрением к новым усилиям. То же самое можно сказать и о выражении родительского неодобрения. Его высочество должен трепетать при мысли об упреке отца. Государь будет знать всегда о его мелких поступках; но пускай это будет тайною между Его Величеством и наставниками; пускай воспитанник чувствует вину свою, и сам наказывает себя тягостным своим чувством. Но испытывать явный гнев отца -- должно быть для него случаем единственным в жизни. Если когда-нибудь дойдет до такой крайности, то лекарство будет спасительно, и исцеление -- несомненно".
Чтобы родителям легче было следить за ходом занятий сына, дабы ученик мог лично судить об успехах или недостатках своего учения, Жуковский решил завести на классном столе особую книгу -- журнал, куда учителя по окончании урока должны ставить отметки -- как за успехи, так и за поведение.
Что касается взглядов Жуковского на обязанности великого князя в настоящем и будущем, когда он наследует прародительский престол, то они прекрасно выражены в следующих словах его "плана" обучения Александра Николаевича. "Его высочеству нужно быть не ученым, а просвещенным, -- говорит он. -- Просвещение должно познакомить его только со всем тем, что в его время необходимо для общего блага и, в благе общем, для его собственного. Просвещение в истинном смысле есть многообъемлющее знание, соединенное с нравственностью. Человек знающий, но не нравственный, -- будет вредить, ибо, и с добрыми намерениями, не будет знать способов действия. Просвещение соединит знание с правилами. Оно необходимо для частного человека, ибо каждый, на своем месте, должен знать, что делать и как поступать. Оно необходимо для народа, ибо народ просвещенный более привязан к закону, в котором заключаются его благоденствие и безопасность. Оно необходимо для народоправителя, ибо одно оно дает способы властвовать благотворно. Сокровищница просвещения царского есть история, наставляющая опытами прошедшего, ими объясняющая настоящее и предсказывающая будущее. Она знакомит государя с нуждами его страны и его века.