Но нѣтъ, она удалилась не по этой причинѣ. Она не была-бы такъ слаба! Скорѣе ей пришло на мысль, что за приходомъ Перрины она забыла полить свой маленькій садикъ; надобно было наверстать это. И замѣчательно, какъ сильно хотѣлось пить сегодня растеніямъ, и какъ тяжело было черпать воду изъ ручья, и какъ безпорядочно вились вокругъ маленькой бесѣдки усики жимолости.
Наконецъ все было сдѣлано; даже козы въ досчатой закутѣ и три курицы, помѣщавшіяся подъ той же крышей, были еще разъ осмотрѣны, и обдумавши тѣмъ временемъ какимъ образомъ передать ей дѣтямъ сдѣланный ею обѣтъ, она возвратилась домой, рѣшились подать имъ сію же минуту хорошаго вина.
Но они такъ согласно сидѣли на скамьѣ у окошка, когда Кадена зажигала у камина смоляную свѣчу, личико Перрины было при запылавшемъ свѣтѣ такъ свѣтло, а Матюринъ такъ довѣрчиво сказалъ ей:-- Теперь, крестная, Перрина опять тутъ, все будетъ хорошо!, что она была не въ силахъ нарушить такъ скоро ихъ счастье. А потомъ, когда бѣдная Кадетта заняла свое обычное мѣсто въ углу камина, взялась за прялку и привела въ движеніе вертено, ей пришла на умъ спасительная мысль: нельзя-ли искупить ей свой роковой обѣтъ молитвами и подарками? Завтра же утромъ она посовѣтуется съ господиномъ священникомъ, будетъ работать днемъ и ничью, чтобъ сшить новую ризу Бетарамской Мадоннѣ, или предприметъ далекое трудное путешествіе, чтобъ поклониться ей или же будетъ поститься цѣлые мѣсяцы, цѣлые годы, если только это можетъ избавить ее отъ упрека въ томъ, что она помѣшала счастью своей любимицы. Господинъ свящелникъ такъ уменъ -- онъ придумаетъ средство искупить передъ Мадонною неисполненіе этого обѣта.
Чѣмъ дальше размышляла ебъ этомъ Кадетта, тѣмъ сильнѣе она надѣялась, тѣмъ легче вертѣлось веретено въ ея рукѣ и тѣмъ явственнѣе вставалъ передъ ея духовными глазами воздушный замокъ, удивительно похожій на полученную Матюриномъ въ наслѣдство усадьбу. Тутъ былъ большой лугъ у ручья; тутъ было поле съ пшеницей, самое лучшее во всѣмъ Юрансонѣ, и виноградникъ на пригоркѣ за церковью; тутъ были коровы, овцы, два великолѣпныхъ быка, маленькая, бодрая гасконская лошадка. Тутъ былъ наконецъ покрытый черепицею домъ съ зелеными ставнями; высокій каминъ изъ пиренейскаго мрамора съ тяжелыми желѣзными таганами и цѣлой баттареей кухонныхъ котловъ и кострюлекъ; тутъ красовались надъ кроватью великолѣпныя зеленыя занавѣси, обшитыя бахрамой того же цвѣта; тутъ были кресла съ мягкими подушками какъ у горожанъ; даже серебрянный сервизъ и набитый холстомъ шкапъ, о которомъ дошли до нея слухи -- и это оказывалось не выдумкой -- и среди этихъ-то великолѣпій царила и властвовала ея Перрина, трудолюбивая, проворная и веселая -- и Кадета тоже могла распоряжаться всѣми этими сокровищами, начиная съ ветчины въ кладовой и до послѣдняго боченка съ виномъ въ погребѣ -- это была отрадная мечта!
II.
Хороша была и дѣйствительность, когда на другой день утромъ тетка и племянница пошли къ обѣднѣ, привѣтливо раскланиваясь съ встрѣчавшимися имъ знакомыми, расхваливавшими Перрину за то, что она возвратилась, чтобъ избавить Кадетту отъ одиночества,-- и добрая старушка еще разъ убѣдилась что изъ всѣхъ молодыхъ юрансонскихъ дѣвушекъ ея малютка была самая хорошенькая. Правда, она была немножко блѣдна, и ея щечки потеряли отчасти свою прежнюю округлость, но начиная съ прекрасной головки и до маленькихъ ножекъ, все въ ней было мило и прелестно; какъ она ходила и стояла, кланялась и болтала, такъ не могъ никто другой, и хотя ея платьице было изъ плохой матеріи, головной платокъ вышелъ изъ моды, а ея фартучекъ полинялъ, но все-таки она показалась свѣжѣе и "знатнѣе" всѣхъ другихъ, даже хлѣбниковой дочери, которая прошла, словно деревянная, въ ситцевомъ платьѣ и шелковомъ фартукѣ съ серебрянными чотками въ рукахъ.
Это же самое находилъ и Матюринъ, который, во время благовѣсти, вошелъ въ церковь поспѣшными шагами и съ красными лицомъ, а когда Перрина взглянула на него и привѣтствовала его глазами, то сталъ еще краснѣе. Его костюмъ задалъ ему сегодня еще больше хлопотъ, чѣмъ когда бы то ни было; въ особенностъ шарфъ рѣшительно не хотѣлъ завязываться. Но какъ бы то нибыло, а онъ тутъ, а въ нѣсколькихъ шагахъ отъ него стоитъ на колѣняхъ милая, давно желанная фигура молодой дѣвушки. Не смотря на все свое желаніе молиться, онъ не могъ свести съ нее глазъ и вмѣсто того, чтобы слѣдить за обѣднею, думалъ только объ ней. Что онъ думалъ когда-то жениться на другой -- это казалось ему теперь рѣшительно невозможнымъ. Хотя и Максима тоже была добрая дѣвушка (онъ чистосердечно плакалъ по ней, когда она умерла), но онъ всегда чувствовалъ какую-то неловкость, когда она глядѣла на него своими сѣрыми, спокойными, внимательными глазами, а когда она говорила ему: "да не будь-же такимъ простякомъ!-- Матюринъ, да не стучи же такъ ногами!-- Матюринъ, да не смѣйся же такъ много!" -- то онъ готовъ былъ спрятаться хоть бы даже въ мышиную норку. При Перринѣ же у него становилось какъ-то свѣтло на сердцѣ, потому-что она брала его такимъ, какъ онъ былъ, -- и въ то время какъ другіе считали его глупымъ, потомучто онъ былъ не находчивъ въ разговорѣ, она радовалась его умнымъ мыслямъ и помогала ему выражать ихъ. Да она же, кстати, была и умнѣе другихъ. Стоило сказать Матюрину только одно слово, и она уже знала что онъ хотѣлъ сказать, а когда имъ случалось оставаться наединѣ, то имъ было такъ весело, говорили-ли они или молчали. Поэтому-то, конечно, имъ лучше всего повѣнчаться, и притомъ какъ можно скорѣе. Своей родни Матюринъ не хотѣлъ больше и слушать, и сегодня же объявитъ о своемъ рѣшеніи господину мэру и господину священнику. А завтра онъ отправится въ По, чтобы купить малюткѣ самое лучшее шелковое платье, какое только можно найти. Онъ сбирался подарить ей и золотую цѣпочку; кровь кипѣла у него въ жилахъ, когда онъ представлялъ себѣ, какъ надѣнетъ онъ ей на бѣлую шейку это украшеніе, какъ они пойдутъ вмѣстѣ въ церковь, какъ ихъ обвѣнчаютъ, а потомъ -- съ музыкой впереди, съ большимъ свадебнымъ пирогомъ, какого не запомнятъ юрансонскіе старожилы, въ сопровожденіи родственниковъ, друзей и товарищей,-- пройдутъ они по деревнѣ, вокругъ площади къ увѣшанному вѣнками дому, гдѣ на всѣхъ безъ исключенія сковородахъ будетъ кипѣть и дымиться...
Дальше этого не шли матюриновы мысли. Обѣдня кончилась, прихожане хлынули изъ церкви. Но онъ тоже бросился къ дверямъ вслѣдъ за Перриною и нагналъ ее, когда она вышла вмѣстѣ съ теткою, изъ темныхъ церковныхъ сѣней, на облитое солнечнымъ сіяніемъ кладбище.
Тутъ старуха остановилась; "Ступай домой, малютка, и похлопочи объ обѣдѣ; мнѣ нужно сказать словечко господину священнику, проговорила она быстро и, нѣсколько смѣшавшись, кивнула головою Матюрину, который хотѣлъ было привѣтствовать ее пожатіемъ руки, -- и быстрыми шагами, никуда не оглядываясь, бросилась къ дому священника.
Но какъ скоро она туда шла, такъ медленно возвращалась она полчаса спустя, черезъ кладбище, и вмѣсто того, чтобъ идти прямою дорогою, черезъ деревню, она пошла по луговой тропинкѣ за садомъ и такимъ образомъ очутилась совершенно неожиданно у кузнеца. Она хотѣла было пройти мимо, а это было не хорошо, потому, что Просперъ Баду стоялъ съ своей трубкой за дверями, заступилъ дорогу увидавъ Кадетту -- и спросилъ ее съ важнымъ видомъ: -- Да куда-же, наконецъ, вы дѣвались, кузина Кадетта? Обѣдня давно уже кончилась и Матюринъ съ Перриной давно уже прошли. Нечего сказать, чудо что это за парочка, и у меня старика посвѣтлѣло на сердцѣ, когда малютка подошла ко мнѣ такъ ласково и такъ обняла, словно я дядя, отъ котораго она можетъ получитъ наслѣдство. Но что толку-то въ этомъ! Выйти за Матюрина она не можетъ -- поэтому лучше всего если вы отошлете ее назадъ, иначе пойдутъ толки насчетъ нея и малаго-то. Но что съ вами? прервалъ онъ себя, схвативъ старуху за руку, а она какъ ни старалась, но не могла не заплакать. Безъ всякаго сопротивленія позволила она своему кузену отвести себя на скамью передъ его домомъ, рыдая опустилась на нее -- и не мало-таки прошло времени прежде, чѣмъ онъ узналъ изъ ея восклицаній, что она была у священника просить совѣта насчетъ разрѣшенія ея отъ обѣта и что отъ господина священника послѣдовало слѣдующее печальное рѣшеніе: "обѣтъ Бетарамской Мадоннѣ долженъ быть исполненъ вполнѣ, и никакіе подарки и эпитиміи не въ состояніи отмѣнить его".