— Давно ли?
— Недавно. Я ему уж говорил. Приезжайте ко мне, и он будет. Вот я вам и почитаю.
— Я с ним давно не видался. Мы разошлись совсем.
— Я говорил ему. Он очень рад возобновить знакомство с вами.
— Хорошо.
Вскоре состоялось чтение. В своей унылой квартире против греческой церкви Кот-Мурлыка читал свою драму. Я смотрел на стены, где висели картины его сына, смотрел на его голый череп и вспоминал все, что говорили о нем и его подозрительности, — начиная с Достоевского, который любил его подразнить.
Когда он кончил третий акт и спросил:
— Ну как?
Я сказал то же, что и прежде:
— Не пропустят!