Как живые возникают яркие, солнечные образы, изумительно богатые, выпуклые, изумительно художественные. И потом начинается долгий ряд истерик, срывов, обвалов, пропастей, сгубивших художника...
И вот перед нами "Кубок метелей"... А теперь -- "Пепел".
В "Пепле" Андрей Белый провозглашает свободу искусства: "Да, и жемчужные зори, и кабаки, и буржуазная келья, и надзвездная высота, и страдания пролетария -- все это объекты художественного творчества"1. О, конечно? О, если бы Андрей Белый в действительности оставался свободным художником-символистом (ибо истинный художник всегда символист, ибо истинное искусство, по самой сущности своей, по природе, символично, и в таком определении искусства бесконечно прав Андрей Белый -- Борис Бугаев)!
Но "действительность -- говорит поэт -- всегда выше искусства", "художник -- прежде всего человек", и в жертву человека приносит поэт себя -- поэта, художника. Конечно, и жемчужные зори, и кабаки, -- все это объекты художественного творчества, или точнее -- могут быть, а могут и не быть объектами художественного творчества. Жемчужные зори, кабаки, невесты могут являться нам как образы жизни и как образы художества, творчества (и в том, и в другом случае они реальны, и художественный образ может быть еще реальнее образа жизни). Но только во втором случае мы имеем дело с искусством, только тогда, когда жизнь, переживания и образы жизни преломляются в сознании художника в эстетический феномен, мы называем того, кто был прежде человеком-поэтом, художником.
Былой поэт-властитель, Андрей Белый умер как художник в "Пепле". Художественные образы редки в этой книге. Если во первых стихах "Пепла" мы еще слышим сильный голос поэта, отчаивающегося в судьбе своей родины, если мы еще находим такие стихи, как "Успокоение", "Жизнь" и другие chefs d'oeuvre "Пепла", то это -- только остатки былого великолепия и они еще более подчеркивают художественную безжизненность сборника. Образы жизни остаются оголенными, необъективированными через фокус художественного восприятия.
Где-то там рыдает звуком,
Где-то там -- орган.
Подавай селедку с луком,
Расшнуруй свой стан --
варьируется на бесконечные лады.