“Вот ее можно теперь посмотреть”, сказал генерал. “Поди-ка, любезнейший”, примолвил он, обращаясь к своему адъютанту, довольно ловкому молодому человеку приятной наружности: “скажи, чтобы привели сюда гнедую кобылу! Вот, вы увидите сами, она еще немножко не слишком в холе. Проклятый городишка, нет порядочной конюшни. Лошадь… пуф… пуф очень [Лошадь очень] порядочная”.
“И давно, ваше превосходительство, пуф, пуф, изволите иметь ее?” сказал Крапушкин.
“Пуф, пуф, пуф, пууфф, не так давно. Она взята [Она куплена] мною с завода два года назад” [Далее начато: Пу<ф>].
“И получить ее изволили объезженную или уже здесь [а. А учить где б. А объезживать изволили здесь уже или] ее объезжали?”
“Пуф, пуф [Далее начато: здесь] пуф, пуууф… здесь”. Между тем из конюшни выпрыгнул солдат, и послышался стук копыт, наконец показался другой в белом балахоне с черными, окунутыми в ваксу, усами, [а. с черными как вакса усами б. с черными окунутыми усами] ведя за узду вздрагивавшую [дрожавшую] и пугавшуюся лошадь, которая, подняв вдруг голову вверх, чуть не подняла вверх присевшего к земле солдата [чуть не подняла вверх солдата] с его усами.
“Ну ж, ну, ну, Мария Ивановна!” говорил он, подводя ее под крыльцо. Лошадь называлась Марьей Ивановною. Крепкая и дикая, как южная красавица, она грянула копытами в деревянное крыльцо и вдруг остановилась. Генерал оставил трубку и начал смотреть <с> довольным видом на Марью Ивановну. [Далее начато: Полковник] Сам полковник, сошедши с крыльца, взял Марью Ивановну за морду, сам маиор потрепал по задней ляжке и пощупал хвост; несколько офицеров пощелкали языком. [Далее начато: Солдат] Крапушкин [Крапкушкин <?>] сошел с крыльца и зашел ей в зад. Солдат, вытянувшись, глядел, держа узду, прямо в глаза посетителям, как будто бы хотел вскочить туда.
“Очень, очень хорошая!”, сказал Кракушкин. “Манера превосходная. А позвольте узнать, ваше превосходительство, сколько [А сколько] ей лет?”
“Не умею вам сказать.”
“А в зубы, ваше превосходительство, не смотрели?”
“В зубы не смотрел, потому что [Далее было: у ней два зуба недавно прорезались, да притом она их простудила] … чорт его знает, этот дурак фершел дал ей каких-то пилюлей и вот уже два дни всё чихает.”