— Слышу... Ладно...
— Ну, вот... — облегченно вздохнул Степан и принялся огребать лодку, повернувшую к берегу: — Так, братишка, и надо...
И снова замолчал.
И только позже сказал:
— Тебе опять, ежели подумать, рекрутчина предстоит... Работник ты в хозяйстве выбывающий... А Акентий — он домашний... Он никуды не уйдет...
Клим молчал. Молчал и Иннокентий...
А по реке неистовствовали огненные пятна — радостные, ликующие, солнечные...