— Ладно! Перестаньте. Лучше отдохните после пищи!.. Такая жара... такая духота. Небо опять шлет свой неутолимый огонь... Ложитесь лучше отдыхать в тень, в прохладу!
Ли-Тян прислушался к лицемерно-ласковым словам старика и украдкой поглядел на остальных. Те переглянулись и потушили готовое уже было разгореться возмущение. Они поднялись один за другим и, следуя совету Сюй-Мао-Ю, разбрелись в разные стороны.
Из зимовья вышла Аграфена с закопченным котлом в руках. Она шла мимо Ли-Тяна, который, припав к выжженной траве, раздувал полузаглохший дымокур, и улыбнулась ему. Ли-Тян поднял голову, заметил улыбку женщины и расцвел:
— Река ходи?.. Жарыко...
— Грызут тебя твои-то? — оглянувшись вокруг, сказала Аграфена. — Гляди, как бы они тебя и всамделе не загрызли!..
— Моя плохо понимая! — виновато усмехнулся Ли-Тян. — Ты кого говори грызут?
— Ах, чудак! — подошла к нему поближе Аграфена. — Ну, вот пойми: сердятся на тебя товарищи, шибко сердятся! Могут тебя обидеть!.. Понимаешь?
— Сердитый!?.. Да! — сообразил Ли-Тян. — Его шибко сердитый!.. Сюй сердитый, Ван сердитый, Пао сердитый!.. Многа! все!.. Я не бойся! Нет!
Аграфена подтолкнула ногою еловую ветку в огонь и замялась.
— А я, — неожиданно для самой себя приглушенно призналась она, — чего-то все боюсь... Тоска на меня нынче стала нападать...