— А ты не по карманам стрелял?
Видя, что Славка его не понимает, парнишка сморщился и засвистал.
— Самый форменный ты Гога! — заключил он. — Ишь, ботинки какие хорошие... Давай сменяем!
Испуганный вид Славки привел парнишку в еще более веселое и глумливое настроение. Он вытянул ногу, обутую в рваную, перевязанную галошу, и хвастливо покачал изодранным и грязным носком:
— Во!
— Мне нельзя!.. — нелепо и попрежнему испуганно сказал Славка.
— Мамка заругает?! А ты ее не бойся!.. Не бойся!..
Внезапно парнишка переменил тон. Он что-то приметил издали, насторожился и угрожающе шепнул Славке:
— Держи, покуда я смоюсь!.. Да обожди меня тута!.. — и быстро сунул Славке в руку небольшой бумажник, а сам стремительно побежал за угол.
Не понимая, что он делает, Славка непроизвольно спрятал бумажник в карман и пугливо посмотрел по сторонам. С базара бежала небольшая толпа. Впереди, растрепанная, со сбившейся на бок шляпкой, с искаженным от злости и обиды лицом, неслась полная женщина. Она задыхалась и неистово причала: