— Он уже уехал...
— Смотрителя, помощника, вообще начальство!..
— А вы не шумите и не портите казенное имущество!..
— Ну, живо! давайте сюда начальство, а то все нары выворотим!..
Надзиратель ушел за начальством.
В камере было холодно. Мы захватили с собой мало постельных принадлежностей: ведь почти всех нас взяли не из дома, а из чужой квартиры. Особенно донимали разбитые окна, откуда дуло, как из трубы. Печь оказалась нетопленной:
— Ну и сволочи!.. — ругались у нас. — Не могли хорошенько приготовиться к гостям.
Пришел помощник смотрителя.
А через час у нас в камере было уже сравнительно удобно и тепло. Правда, печи сначала немного дымили, но потом все обошлось. Мы устраивались хозяйственно: впереди была полная неизвестность. Особенно волновал вопрос: — как там, в городе? Неужели в это самое время погромщики уже делают свое дело?
Последнее выяснилось часа через два, когда прибыла новая партия арестованных. Мы узнали, что в городе все спокойно.